RuGrad.eu

13 мая, 03:42
четверг
$74,04
-0,12
89,85
-0,16
19,78
+ 0,06

«У нас спор, кто кого вообще втянул во все это»: Как живет калининградская семья, где отец и сын — политические активисты

В 2019 году калининградец Иван Лузин стал первым россиянином, осужденным за вовлечение подростков в пикет. Самому Ивану тогда было всего 18 лет, и сначала многие подумали, что речь идет о его отце — тоже Иване Лузине, тоже известном в городе гражданском и политическом активисте. Всего в большой семье Лузиных четыре сына, младший Филипп родился совсем недавно. И вот уже пару лет многодетное семейство, члены которого периодически выходят на мирные одиночные акции протеста, сталкивается со штрафами, обысками и пристальным вниманием правоохранительных органов.

Иван-старший и Иван-младший очень похожи. Оба высокие, худые, умные, с тихими голосами и застенчивыми улыбками. Обоих часто можно увидеть в центре Калининграда — с плакатами против пыток, поправок к Конституции, в защиту политзаключенных, в поддержку жителей Белоруссии или Хабаровска. При этом отец и сын придерживаются разных политических взглядов и сотрудничают с разными политическими объединениями. Лузин-старший сейчас работает в штабе Алексея Навального в Калининграде, Лузин-младший — член Либертарианской партии.

«У нас спор, кто кого вообще втянул во все это. Я ему говорю, что он меня, Ваня говорит, что я его. В моей картине мира я всячески избегал митинговой активности», — рассказывает Лузин-старший. Его протестная история началась с антикоррупционного марша сторонников Навального 12 июня 2017 года, куда собрались двое его сыновей — Ваня-младший и 14-летний Вениамин.

«Дети пошли на марш, а я пошел просто за ними присмотреть. Нам сказали, что задерживают людей с атрибутикой, и я забрал у Вени российский флаг. И полицейские почему-то забрали меня и Ваню в автозак. Потом меня отпустили, а Ваня остался. Это был первый подобный опыт, и мы совершенно не знали, где ребенка искать. Я свернул флаг и стал „тыкаться“ к полицейским, чтобы узнать, где он. И меня во второй раз забрали. Ваня был еще несовершеннолетним и как-то соскочил. А меня оштрафовали на 10 тысяч. Это был первый мой штраф, и пока он единственный. Я вообще суперосторожный и законопослушный», — рассказывает старший Лузин.

7 февраля 2019 года во время акции против пыток задержали Лузина-младшего. Ваня и его знакомые Настя и Алина успели только сделать два снимка на центральной площади города: на них каждая из девушек держит плакаты с именами лидера монархистского движения «БАРС» калининградца Александра Оршулевича (позднее его приговорят к восьми годам колонии) и фигуранта дела «Сети» (организация запрещена в России как террористическая) Виктора Филинкова. Оба активиста заявляли, что показания у них выбивали пытками. Ребята объяснили, что своим флешмобом они хотели привлечь внимание к теме насилия со стороны силовиков в нашей стране.

Всех троих немедленно увезли в отделение полиции. Однако вечером Ваню домой не отпустили.

«Я в дежурке сидел и ждал, что его сейчас опустят и мы, как обычно, поедем домой. Вдвоем не скучно. И тут выходит Ваня в сопровождении нескольких сотрудников, и они говорят, что, Ваня остается на ночь. И говорят, по какой именно статье составлен протокол. Это было удивление-удивление», — рассказывает Лузин-старший.

На 18-летнего юношу составили два административных протокола: за проведение несогласованного пикета (часть 1 статьи 20.2 КоАП) и вовлечение в этот пикет несовершеннолетних (часть 1.1 этой же статьи). Дело в том, что обе девушки на тот момент были несовершеннолетними. При этом одна из них младше Вани всего на год.
«Что я делал? Пошел пледик покупать в ближайший супермаркет. И еды. Но когда вернулся, меня к нему уже не пустили. Сказали, что Ваня спит», — вспоминает Лузин-старший.
«А я действительно спал, а что еще оставалось?» — добавляет Лузин-младший.

В конце марта начались судебные разбирательства. Вину Ваня не признал и сказал, что лишь сфотографировал своих знакомых с плакатами в руках. Защита настаивала на том, что сама акция не состоялась, а протоколы на ребят были сфабрикованы.

«Сейчас я вижу, что допускал ошибки во время процесса. Но если бы я их не допускал, это был бы полный абсурд. А так это просто абсурд. Это был достаточно сильный стресс. В какой-то момент я на суде достаточно противоречивые показания давал, в целом неуверенно строил защиту. Вряд ли это на что-то повлияло бы, но хочется про себя сказать, что я сделал все, что мог», — вспоминает Ваня события тех дней.

Свидетелем на суде выступала Алина, одна из участниц акции. Она сказала, что задержавшие их полицейские не представились, не пояснили, куда их ведут и в чем конкретно обвиняют. Девушка отметила, что ей не зачитали ее права и не предложили воспользоваться помощью адвоката, только разрешили позвонить родителям. Защита настаивала на вызове в суд полицейских, которые задерживали школьников. Но судья заявила, что нарушения при задержании несовершеннолетних — повод для разбирательства в рамках другого дела. Никакого «другого дела» в итоге не было.

Суд признал Ваню виновным в обоих правонарушениях и оштрафовал на 20 тыс. руб. за проведение несанкционированной акции и на 30 тыс. руб. за вовлечение в нее несовершеннолетних. Деньги на оплату штрафов собрали члены Либертарианской партии. Защита пыталась оспаривать приговор, но в российских судах проиграла.

В сентябре 2019 года по всей стране проходили обыски по делу Фонда борьбы с коррупцией (ФБК). Организацию обвинили в «отмывании» 1 млрд руб. (но в документах фигурировали только 75 млн). В штабах Навального и квартирах активистов в регионах проходили обыски. Пришли и к Лузиным. К тому моменту Иван-младший давно покинул ряды сторонников Навального, но силовиков это не остановило.

«Мы очень удивились, когда посмотрели постановление и прочитали, что это по делу о 75 миллионах ФБК. Стоишь, смотришь в это постановление и думаешь, что люди дверь перепутали, — рассказывает Иван-старший. — Там все довольно комично было. Мы живем в частном доме. Утром рано милые люди позвонили в дверь. Глазка нет, и, что там в постановлении, не понять. Я решил спуститься через балкон, чтобы обойти дом. Пока я читал постановление и офигевал, другой сотрудник залез на балкон. И начал ногой ломать балконную дверь. Стало понятно, что они все равно зайдут, и мы их пустили. Сначала они пытались меня обыскивать, но потом все-таки выяснили, что не тот Ваня. А еще у меня почти фобия была: у мальчиков куча настолок, и я боялся, что все эти настолки вывалят на пол и все это потом придется разбирать.
Но следователь брал коробку, смотрел, что там нет миллиона рублей или секретных документов, закрывал и отдавал мне, а я складывал их в стопочку. А их там действительно много. В общем, насколько мне известно, ни одна настолка в ходе обыска не пострадала».
Обыск в доме многодетной семьи длился несколько часов. «Добычей» правоохранителей стали несколько банковских карт, пара мобильных телефонов и розовый вибратор, который Иван-старший подарил своей жене Юлии. Сексуальная игрушка вызвала у силовиков отдельный, не вполне здоровый интерес. Изымать ее полицейские не стали, но сфотографировали, тщательно занесли в протокол, а потом слили фотографии в анонимный Telegram-канал «Товарищ майор». Через пару недель снимок показали в эфире НТВ. Публиковавшие «слив» ресурсы запутались в Иванах Лузиных и записали во владельцы вибратора Ваню-младшего.

Параллельно обыск прошел у матери Юлии Лузиной (Ваня был зарегистрирован в квартире бабушки). У пенсионерки отобрали телефон и не дали связаться с родными.

«И вот это было самое неприятное. Мы-то сплоченной группой это все пережили, с хиханьками да хаханьками. А бабушка была одна, на другом конце города. Для нее это был огромный стресс. Она ничего не поняла. Потом в сюжете НТВ увидела заблюренный фаллоимитатор, который „предъявили“ Ване. Она даже не поняла, что это. Но решила, что речь шла о какой-то оргии», — вспоминает Иван-старший.

Лузины пытались жаловаться на действия полицейских в Следственный комитет и МВД, но получили только отписки. Изъятую в ходе обысков технику так не вернули.

В 3:00 11 сентября 2020 года Иван-старший проснулся от звона и глухого удара. Кто-то кинул в окно их дома два камня, разбив стекло. Никто не пострадал, но Лузины испугались и позвонили в полицию. Записи с установленных в округе камер видеонаблюдения ничем не помогли, никаких свидетелей не нашлось, и дело заглохло.

«Мы совершили некоторые попытки заставить кого-то вести расследование. Вызвали полицию. Но человек, которому вроде как это дело передали, достаточно быстро перестал брать трубку», — говорит Иван-старший.

В конце сентября пришла официальная бумага от регионального УМВД, в которой говорилось, что по результатам проверки было принято решение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования.

Ваня-младший не считает, что обыски, суды и задержания как-то изменили или осложнили его жизнь. Он принимает активное участие в работе Либертарианской партии, параллельно учится на архитектора и говорит, что никакого повышенного внимания со стороны руководства учебного заведения из-за его политической активности он не замечает.

Иван-старший же отмечает, что его сын явно «на примете». Например, недавно он летал на съезд либертарианцев и в аэропорту его провожали и встречали сотрудники полиции и представители военкомата.

«Когда я шел на посадку, я видел кроме сотрудника военкомата еще и того, кого у нас называют „эшник“. Я не знаю, кто это, но он постоянно бывает на митингах. Он пытался меня схватить за локоть, но я от него просто ушел. А когда я прилетел обратно, вышел из аэропорта, увидел автобус в Калининград и сел в него, секунд через 30 в салон зашел сотрудник полиции и вручил мне повестку по одиночным пикетам, за которые сейчас некоторых ребят наших судят. Это когда отравили Навального. Наверное, мое дело в суде сейчас, я даже не знаю», — рассказывает Ваня-младший.

«У Вани недоурегулированные отношения с военкоматом. Я, может быть, недооцениваю военкомат, но думаю, что не каждого проштрафившегося призывника они отлавливают в аэропорту или в избирательной комиссии, где он работает. Откуда военкомат может знать, что у тебя появилось место работы на одну неделю, кроме как от чекиста, который сидит у тебя в избирательной комиссии?» — добавляет Лузин-старший.

Отец и сын считают, что все это «не то чтобы сильно мешает жить, хотя и довольно неприятно». И продолжают открыто выражать свою гражданскую позицию, раз за разом выходя с одиночными пикетами на улицы города.
«Я для себя это определяю так: я выхожу не ради выхлопа, а из солидарности. Я чувствую несправедливость и хочу, например, сказать человеку, которого несправедливо задержали, что он не один», — объясняет Иван-младший.
По словам Лузина-старшего, свои одиночные пикеты он сравнивает с работой журналистов. Публичными акциями он привлекает внимание к проблемам, распространяет информацию.

«Я не знаю, как для других людей, но я довольно интровертный, встать и развернуть плакат — это для меня стресс, — говорит Иван-старший. — Мне для этого нужно где-то через себя перешагнуть. Ты перешагнул и никакого профита прямого не видишь. Ты не победил напрямую. Навального выпустили на лечение, но это не результат того, что ты где-то с плакатом стоял. Но теперь тебя пытаются загнать в полицию, чтобы протокол за это составить. Но я к себе как к СМИ отношусь. То, о чем Ваня говорит, тоже есть. Но я стою для привлечения внимания. Для того чтобы как можно больше людей узнали о проблеме, задумались о том, что поправки к Конституции совсем не такие, как говорят по телевизору, например».

И штабу Навального, где работает Лузин-старший, и Либертарианской партии, в которой состоит Лузин-младший, в ближайшее время предстоит подготовка к выборным кампаниям разных уровней. Можно ожидать, что давление на политических активистов в Калининградской области усилится. Но отец и сын стараются об этом пока не думать.

(Нет голосов)