RuGrad.eu

16 декабря, 06:14
суббота
$58,90
+ 0,19
69,43
+ 0,03
16,45
-0,01
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Самый главный архитектор

Фото: gov39.ru

Настоящая история ключевого человека в калининградском градостроительстве: от беспринципности до мессианства.


В 1994 году калининградский физик, предприниматель и писатель Борис Бартфельд решил построить себе дом в Калининграде на ул. Демьяна Бедного. Творческая натура требовала нетиповых решений, поэтому Бартфельд развел бурную деятельность: общался с именитыми архитекторами, вел переговоры о частном проектировании с главным архитектором города.

По словам Бартфельда, Башин мог предъявить только «ужасный» коттедж всё на той же ул. Демьяна Бедного.
Среди прочих он встретился со своим соседом, 27-летним молодым человеком, выпускником Казанского инженерно-строительного института, работавшим на тот момент, как и большинство калининградских архитекторов, в государственном проектном институте «Калининградгражданпроект». Молодой человек не произвел на потенциального заказчика особого впечатления: у него практически не было реализованных работ. По словам Бартфельда, он мог предъявить только «ужасный» коттедж всё на той же ул. Демьяна Бедного. Сейчас он выкрашен в ярко-желтый цвет и в нем находится частный детский сад «Солнышко» (впоследствии был перестроен и сильно отличается от первичного проекта).

Писатель вспоминает, что, увидев проект этого коттеджа, любой нормальный человек должен был немедленно сбежать от молодого Александра Башина. Но переговоры затянулись: несмотря на заметное косноязычие, парень быстро схватывал, обрабатывал и выдавал модернизированные версии идей, которые рождались в голове писателя. Бартфельд «залип»: рефлексы молодого архитектора и яркая пространственная подача были тем самым, чего предприниматель не мог найти у маститых калининградских архитекторов того времени. В итоге Башин получил заказ.

Гостевой дом "Альбертина" на ул. Демьяна Бедного. Фото: albertinakaliningrad.net


В 1990-е годы Бартфельд работал в бывшей казарме «Кронпринц» и восхищался одноименной башней. После проектирования дома писатель как-то позвонил Башину со словами: «Саша, я хотел бы что-то сделать по мотивам этой башни». И архитектор спроектировал гостиницу «Альбертина» на ул. Демьяна Бедного в форме цилиндра с вписанным в него кубом. Дом до сих пор является одним из основных гостиничных активов небольшой отельной сети Бартфельда.

В этом году Александру Башину исполнится 50 лет, и он является тем человеком, который больше кого-либо другого повлиял на современный облик Калининграда. В книге своих лучших работ, изданной архитектурным бюро Башина, на первой странице помещен фотопортрет архитектора, склонившегося над эскизом дома-ската. Этот дом в Светлогорске Башин также проектировал для Бартфельда и, как считают коллеги-архитекторы, является предметом его особой гордости — поэтому и попал на титульную фотографию.


Приватизация бренда и «Архикад»-евангелизм

На рубеже советской и российской эпох архитектурный бизнес был устроен не менее изощренно, чем торговый. Если комсомольцы возили оргтехнику в Россию через Центры научно-технического творчества молодёжи, то архитекторы, работавшие в госструктурах, создавали частные конторы при творческих союзах. Калининградский филиал Союза архитекторов располагался в здании основного работодателя калининградских проектировщиков — «Калининградгражданпроекте». При союзе была создана контора «Архпроект», через которую можно было легально оказывать архитектурные услуги. С крушением Советского Союза архитекторы, торговавшие услугами через это юрлицо, потеряли к нему интерес и пооткрывали свои мастерские. Бренд остался брошенным. Его подобрал предприимчивый Башин и работает под ним до сих пор.

Калининградские архитекторы вспоминают, что Башин всегда отличался склонностью к резким решениям. В 90-е многие архитекторы пытались сидеть на двух стульях: работать в госструктуре и заниматься проектированием. На их фоне Башин отличался «безбашенностью», практически сразу и c головой уйдя в коммерцию.

Впрочем, сверхудачный старт Башина его знакомые и конкуренты объясняют не силой взятого бренда, а скорее мастерством презентации. Большинство заказчиков не обладают пространственным мышлением, поэтому, когда Башин одним из первых в городе начал заниматься компьютерным проектированием и демонстрацией 3D-моделей, конкуренты с клееными из картона и дорогими в производстве макетами выглядели на его фоне несовременно.

Программный комплекс «Архикад» для компьютерного проектирования привез в город экономист Даниил Кофнер, который дружил с его разработчиками из Graphisoft. Четкой сети дистрибуции у Graphisoft тогда не было, и Башин первым в городе получил программу на тестирование. «Первопроходцы в России получали как бы право на обкатку. И поэтому с самого начала я ничего не продавал Башину. Он оплачивал только работу своих же спецов по созданию первых библиотек скриптов «Архикада», заточенных под российскую специфику. Потому что всё начиналось с нуля», — вспоминает Кофнер. Впоследствии между ним и Башиным сложится тесное партнерство, и к середине 2000-х они возьмутся за крупнейший градостроительный проект в современной истории области.


Первый заступ

История проектирования многоквартирного жилья мастерской Башина началась с дома в «заповедном» историческом районе города Амалинау на ул. Кутузова (пересечение с ул. Огарева).

Дом на ул. Огарева. Фото: maps.yandex.ru


Для предпринимателя Владимира Лупачева Башин запроектировал первый в Калининграде начала 2000-х элитный жилой дом. Один из калининградских архитекторов вспоминает, что коллеги предупреждали Башина: проектирование объемного четырехэтажного здания в историческом районе городских вилл — это нарушение масштаба улицы и градостроительная ошибка. «Если нельзя, но очень хочется, то можно», — якобы отвечал на критику Башин. Сам архитектор признает, что первый его многоквартирный проект был в некотором роде «заступом», но на фоне градостроительных ошибок, существующих в современном Калининграде, он едва ли различим.

Затем был 7-этажный элитный жилой дом на ул. Колоскова напротив трехэтажной немецкой застройки. Но более существенно роль архитектора проявилась при строительстве 7-этажного дома напротив Центрального парка.


Дом на ул. Колоскова, 2а. Фото: maps.yandex.ru


В 1990-х годах архитекторы мастерской «4+» Алексей Архипенко, Олег Васютин и культуролог Александр Попадин поставили себе задачу закончить работу немецкого архитектора Фридриха Хайтманна, проектировавшего район Амалиенау, к которому примыкал бывший парк Луизенваль (нынешний Центральный парк).

По причине сильного общественного возмущения проект спрятали «под сукно», пока не появился интересант.
В рамках некоммерческого проекта «Спутник-Луизенваль» они применили метод «градостроительной математики» и спроектировали модель комплексной застройки перед Центральным парком, которую при жизни якобы не успел сделать Хайтманн.

Их работа показывала, что напротив парка логично «посадить» здание высотой до трех этажей с акцентом на башне в 5 этажей. Проект «Спутник-Луизенваль» был положительно оценен профессиональным сообществом, но вызвал неодобрительные комментарии в прессе. Как вспоминает Васютин, их историческую работу общественность почему-то сочла попыткой объяснить желание «новых русских застроить Центральный парк своими домами». По причине сильного общественного возмущения проект спрятали «под сукно», пока не появился интересант.

Земельный участок напротив Центрального парка оказался в собственности компании «Балткоммерцстрой», основанной нынешним главой Калининграда Александром Ярошуком. Она наняла Александра Башина для проектирования на нем элитного жилого дома со встроенным торговым центром. Башин, зная о проекте «Спутник-Луизенваль», попытался привлечь к работе Васютина, но тот отказался участвовать в проекте, нарушающем «градостроительную математику» Хайтманна. В итоге напротив Центрального парка построили 7-этажный дом с акцентом в виде башни до 9 этажей, заметно «конфликтующий» с бывшей кирхой памяти королевы Луизы (ныне Театр кукол), к которой с особым трепетом относился Васютин.


Архитектор элиты

В первой половине 2000-х Александр Башин становится самым востребованным архитектором у наиболее заметных калининградских предпринимателей. В тот период он проектирует для компаний Александра Ярошука, Андрея Кропоткина, Юрия Находкина, Олега Шкиля и других влиятельных бизнесменов. Благодаря огромному объему заказов на строительство в наиболее интересных местах города, Башин фактически становится человеком, определяющий облик жилья бизнес-класса в городе, где наконец появился капитал и, соответственно, капиталисты.

Как отмечают коллеги архитектора, в тот период Башин был нужен своим заказчикам не меньше, чем они ему.

«Если нельзя, но очень хочется, то можно», — якобы отвечал на критику Башин.
В начале 2000-х структура управления градостроительной деятельностью сильно отличалась от сегодняшней, когда фигуры главных архитекторов города и области являются скорее декоративными и не могут создать проблем застройщику.

Идеологически ослабление власти главных архитекторов российских городов в 2000–2010 годах объяснялось федеральным законодателем борьбой с субъективизмом чиновников и, соответственно, коррупцией. «В былые времена главный архитектор города согласовывал фасады. Ему мог приказать мэр согласовать чей-то фасад. Он мог согласовать фасад и по дружбе. Но иногда главный архитектор не хотел согласовывать фасад, как правило, когда был спорный момент. Тогда архитектор собирал градостроительный совет, и там известные архитекторы высказывали свое мнение. Соответственно, главный архитектор мог с ними согласиться и отклонить проект», — рассказывает один из архитекторов, входивших в совет.

«Золотое» для застройщиков сочетание качеств Башина состояло в том, что, помимо неплохого профессионального уровня, он обладал высокой коммуникабельностью и пользовался уважением в профессиональной среде. На градостроительном совете проекты «заворачивали», как правило, по двум основаниям: непрофессионализм проекта или резкая критика большого числа членов градсовета. Бюро Башина могло дать профессиональные обоснования даже наиболее амбициозным градостроительным проектам, а агрессивной критики удавалось избежать по чисто человеческим причинам. Местное профессиональное сообщество является довольно узким и поэтому старается не попадать в ситуацию «сегодня ты «завалишь» чей-то проект, завтра завалят твой».

Большинство опрошенных RUGRAD.EU архитекторов солидарны в мнении, что, будучи грамотным архитектором, Башин является еще и хорошим организатором. Он может структурировать крупные проекты и эффективно управлять их реализацией, что в творческой среде архитекторов является довольно редким качеством. Один из архитекторов вспоминает, что однажды, придя в бюро Башина, спросил у него, где его рабочее место, на котором он проектирует. На это Башин якобы ответил, что оно ему не нужно, потому что 80 % рабочего времени он занимается выбиванием денег из заказчиков.

Перегрузка бюро Башина заказами давала свои негативные плоды. В работах появилось много самоцитирования и заимствований, которые не приветствуются в профессии. «Ты можешь проектировать в своем стиле, как Гауди, но это не значит, что ты должен проектировать похожие дома и «привязывать» их, чтобы быстрее слупить деньги.

Перегрузка бюро Башина заказами давала свои негативные плоды.
Это делать нельзя. У нас два разных города с двумя одинаковыми зданиями. Никто его так делать не заставлял», — эмоционально высказывается один из известных калининградских архитекторов. Он имеет в виду два очень похожих здания, одно из которых построено на Верхнем озере в Калининграде, а другое — в элитной части Светлогорска. На вопрос о том, почему это плохо, архитектор объясняет: «Это неписанные международные правила. Нельзя красть чужие проекты и тиражировать свои по второму разу, выдавая за уникальные. Это как клятва Гиппократа».

Как рассказал другой собеседник RUGRAD.EU на региональном проектировочном рынке, однажды крупный калининградский застройщик заказал у Башина проект довольно серьезного объекта. Когда архитектор принес проект, заказчик распознал в нем уже существующее здание в Гонконге. В итоге аванс в размере 250 тыс. руб. был возвращен, а отношения с этим застройщиком у бюро прекратились. Сам Башин в беседе с RUGRAD.EU сообщил, что не помнит, имел ли место такой случай или нет.

Также в архитектурном сообществе хорошо помнят случай, когда Башин заявил на конкурс калининградского союза архитекторов проект индивидуального жилого дома, сделанный по заказу Юрия Находкина. Председатель союза архитекторов Валерий Кузлянов запланировал презентацию выставки калининградских работ в Гамбурге. Когда стало известно о демонстрации работ за рубежом, Башин, к удивлению коллег, отозвал проект дома. Сегодня Башин объясняет ситуацию просто: Находкин с ним и его коллегой Артуром Сарницем вместе ездили в Гамбург, где заказчик показал им дом, который бы хотел видеть в Калининграде. Архитекторы просто выполнили волю заказчика, и этому проекту действительно нечего было делать на выставке в Гамбурге, объясняет Башин.


Рождение инвестиционного менеджера

Из окна 15-го этажа «Балтийского бизнес-центра», спроектированного Башиным для компании Александра Ярошука, виден весь исторический центр города. По меркам европейских городов он практически пуст. Хозяина офиса "Архпроекта", расположенного на последнем этаже первого современного бизнес-центра в городе, это печалит: перед ним поле проигранной битвы.


Эта история началась в 2005 году, когда Башин перерос амплуа «точечного» архитектора и настроился на крупную форму. Реализация больших градостроительных проектов к тому моменту стала невозможна извне «вертикали власти», рассуждал Башин. Переход в чиновничество для него был неизбежен.

Появившийся в области амбициозный московский губернатор Георгий Боос забрал из мэрии в правительство главного архитектора города Татьяну Кондакову. С ее уходом в областной столице закончилась эпоха большого распределения городской земли среди основных стейкхолдеров. Все, в том числе и мэр Юрий Савенко, понимали, что она сделала свое дело и может уходить: на ее место должен был прийти человек, который сможет администрировать процесс освоения всего распределенного массива земли, по сути занимаясь государственным инвестиционным менеджментом.

Татьяна Кондакова была профессиональным чиновником, но архитекторы за глаза посмеивались над ней, говоря, что пик ее архитектурной карьеры пришелся на проектирование площадки под вертолетом на Нижнем озере. Нужен был человек, привыкший ежедневно работать на стыке больших денег и архитектуры. И этим человеком был Александр Башин.

Савенко вспоминает, что к моменту назначения Башина главным архитектором был с ним знаком порядка 10 лет: симпатия возникла, когда Савенко, будучи еще вице-мэром по строительству в 1990-х, увидел первый проект элитного дома Башина на ул. Кутузова.

Между мэром и главным архитектором сложилось полное взаимопонимание: Савенко дал отмашку начинать работу над подготовкой к застройке исторического центра города. В Калининграде к тому моменту было уже много застройщиков, но редко кого из них можно было пустить в исторический центр города, чтобы не спровоцировать этим массовые выступления. Башин должен был заниматься привлечением внешних инвестиций, то есть искать людей, готовых делать в городе дорого и красиво.

Середина 2000-х годов в Калининграде и в России в целом была временем оживающей мечты. Интерес к стране рос быстрее цен на нефть (а они росли очень быстро). Примерно тогда же было принято ассоциировать Калининград с Гонконгом и Сингапуром: такая же отдаленная от метрополии, особая территория, имеющая, как казалось, не меньшие шансы на экономический успех.

Концепция развития центральной части Калининграда. Фото: arx-projekt.ru


Еще до прихода в кресло главного архитектора Башин легко ухватился эту концепцию и нарисовал проект «Калининград-сити»: пять небоскребов между Домом Советов и Дворцом бракосочетаний, символизирующих финансовое процветание. Он планировал одновременно «растворить» Дом Советов в высотках и создать деловой центр города. Позднее этот проект станет одной из самых известных инициатив Башина и получит прозвище «Башни Башина», которое чаще будет произноситься в негативном ключе. Архитектор Олег Васютин вспоминает, что его опять хотели привлечь к работе над этим проектом. Когда Васютин пришел в офис Башина, то увидел, что его сотрудники перерисовывают решения из зарубежных журналов. Васютин развернулся и ушел.

Внизу, между Московским проспектом и рекой, полагал Башин, будет нижний город — Альтштадт с исторической застройкой, которая бы привлекала туристов. За нее должен был отвечать фанат исторического Кёнигсберга Артур Сарниц, а финансировать — Юрий Находкин.

Концепция комплексной застройки центра города была уже готовым активом, с которым Башин пришел в мэрию. Идею и название «Сердце города» они придумали вместе с предпринимателем Александром Дроновым (сейчас живет в США, но иногда приезжает в Калининград). У Дронова был участок на Нижнем озере, рядом с местом, где раньше стоял вертолет. Башин сделал проект застройки участка, но предложил Дронову посмотреть на ситуацию шире и подумать над перспективой застройки всего центра. В итоге был создан фонд «Сердце города», президентом которого стал Дронов, а соучредителями — архитекторы Башин и Сарниц (а также ряд бизнесменов).

Дронов профинансировал создание макета застройки центральной части города, который в ходе празднования 750-летия Калининграда – Кёнигсберга показали президенту Владимиру Путину с супругой, и он им понравился. Через год, уже будучи главным архитектором города и заручившись поддержкой правительства Георгия Бооса, Башин ждал Путина с макетом на военном аэродроме в Чкаловске. Путин посмотрел на макет еще раз и спросил у сопровождавшего его министра экономического развития Германа Грефа: «Ну что, найдем мы на такую красоту 50 миллионов долларов?» Греф ответил, что найдет. Но денег этих область так и не увидела.

Вскоре Башин поехал со своим проектом на международную инвестиционную выставку в Канны. Изначально туда должен был ехать мэр, но в последний момент он решил остаться, чтобы урегулировать возникшие политические проблемы, и отправил своего главного архитектора. Так Башин оказался фактически главным представителем города на крупнейшей международной выставке недвижимости MIPIM.

«Башни Башина» на участке между Домом Советов и Дворцом бракосочетаний на ул. Зарайской. Фото: сборник "Архитектура. Башин и партнеры"


Поездка закончилась для Башина неплохо: подписали соглашения с инвестиционной компанией Akfen (не имеет прямого отношения к калининградскому застройщику «Акфен») по строительству здания для отеля Ibis на Московском проспекте и предпринимателем, готовым инвестировать в строительство одной из башинских высоток перед Домом Советов.

Приобрел Башин в Каннах и еще один немаловажный актив. На Лазурном берегу он знакомится с деятельным главой отдаленного муниципалитета на востоке области — Николаем Цукановым. Потом Цуканов начнет звать Башина к себе в Гусев, чтобы тот подумал, что там можно сделать с точки зрения инвестиций и архитектуры. Башин устанет отбиваться и наконец скажет: «Мне некогда этим заниматься, но у меня есть друг. Его зовут Артур. Артур Сарниц».

Потом Сарниц сильно сблизится с Цукановым, спроектирует ему усадьбу в Ивашкино. Когда Цуканова в 2010 году назначат губернатором, Сарниц станет одним из самых влиятельных людей в областной архитектуре, не имея при этом профильного образования.

Что касается взаимоотношений Башина и Сарница в доцукановский период, то они были практически партнерами. Башин рассказывает, что на протяжении двух лет они работали в одном офисе над одними и теми же заказами и всерьез думали над тем, чтобы объединить свои бизнесы. Предполагалось, что Башин будет заниматься архитектурой, а Сарниц — дизайном интерьеров. В таком же формате они работали над особняком Находкина, и этот опыт их устраивал. Почему в итоге студии не объединись, Башин не помнит.

Сарниц тоже не может сказать, почему два амбициозных архитектора не смогли окончательно сойтись, но о временах совместной работы отзывается с особой теплотой.


Общественность наносит ответный удар

Стремительность и масштаб идей Башина настораживают общественность и профессиональное сообщество. Архитекторы часто выступают в прессе с критикой идей главного градостроительного чиновника Калининграда. Помимо профессиональных, у архитектурного сообщества могут быть личные мотивы. Башин имеет репутацию человека, который «если что-то проектирует, то от него ничего не отваливается». Иначе говоря, широкая дискуссия может спровоцировать отмену башинской монополии на проектирование в историческом центре. Савенко и Башин принимают решение организовать международный воркшоп, где будет найден ответ на вопрос о том, каким должно быть «Сердце города».

С точки зрения непритязательного российского туристического массмаркета Башин попал в яблочко и фактически увековечил себя этим проектом.
Мероприятие должно «выпустить пар», считают чиновники. Финансируют семинар интересанты проектов в «Сердце города».

Власти устраивают всё по-честному: собирают представительный пул архитекторов из России и Европы. Руководство города подчеркнуто дистанцируется от процесса. Однако в ходе мероприятия мэрия вдруг осознает, что всё идет не так: эксперты выдают решения, которых нет в планах властей. Не дождавшись окончания мероприятия, Башин врывается к архитекторам и делает скандальное выступление в пользу своих небоскребов. Затем он передает слово своему учителю из Казани, не заявленному в программе мероприятия. У архитекторов заканчивается терпение, и они чуть ли не выводят Башина с мероприятия.

Худшие опасения Башина подтверждаются: «Воркшоп» хоронит его заглавную идею «Калининград-Сити». Башни «срезают».

Башин тяжело переживает крах своего детища. Утешением в этот период служит разве что реализация другого знакового проекта: летом 2007 года вводится в эксплуатацию первая очередь «Рыбной деревни».


На сегодняшний день это самый цитируемый образ Калининграда, построенный по эскизу Башина. Главного архитектора опять же сильно критикуют коллеги за простоту и «новодел» объекта, но, как покажет история, с точки зрения непритязательного российского туристического массмаркета Башин попал в яблочко и фактически увековечил себя этим проектом.


Давид и Голиаф меняются местами

Помимо активного участия в инвестиционном процессе, Башин старается быть принципиальным главным архитектором и предпринимает попытки ограничивать застройщиков. На башинский период приходится запуск самого большого и экономически успешного девелоперского проекта в постсоветской истории Калининграда — «Европа-Центр». Разрешительные документы на строительство «Гамме» Юрия Находкина выдает еще Татьяна Кондакова, но достраивается объект уже при Башине, который имеет право требовать согласования фасадов. И Башин применяет свое право. Будучи человеком, хорошо знакомым с Находкиным, он знает щепетильное отношение бизнесмена к качеству и начинает давить на «Гамму»: запрещает ей использовать вместо качественного декоративного кирпича в фасадах сравнительно дешевую плитку.

Архитектурные решения «Европы-Центра» вообще рождаются в больших муках. В проекте постоянно меняются архитекторы, объемные решения здания перерисовываются, фасады проектируются отдельно от объемов, что, по словам архитекторов, является немыслимым. В итоге основной объем работы по фасадам центрального здания в Калининграде выполняет Артур Сарниц, которого все знают в городе как интерьерщика.

Давить на застройщика «Европы-Центра» Башину удается недолго. «Отдача» оперативно приходит по властной вертикали. Собеседники RUGRAD.EU, знакомые с развитием событий в тот период, говорят, что давление имело «внеобластное происхождение». Его возможный источник становится понятен в 2015 году, когда деофшоризируются структуры, владеющие «Европой». Одним из конечных владельцев оказывается влиятельный полпред президента в Северо-Западном федеральном округе в 2003–2008 годах Илья Клебанов.


От удара по административной линии в схватке с застройщиком «Европы» Башину уже не оправиться. У нового губернатора и хорошего знакомого Ильи Клебанова Георгия Бооса сразу не складываются отношения с покровителем Башина мэром Юрием Савенко.

Лапин говорит, что Башин никуда не поедет. Тогда Башин кладет заявление об увольнении Лапину на стол и с легким сердцем едет в Италию.
Однако позиция, куда можно убрать крупную для Калининграда политическую фигуру, открывается только в 2007 году, и Боос отправляет Савенко подальше из области — в Госдуму. Место мэра занимает давний заказчик Башина Александр Ярошук. Но передышка оказывается недолгой. В 2008 году Боос вводит в городе двухуровневую систему управления и ставит на город своего наместника Феликса Лапина. Башин оказывается в положении между молотом и наковальней: с одной стороны — законно избранный мэр Ярошук, с другой — наместник хозяина области Лапин.

Впрочем, существует легенда, что, помимо общей нелюбви к людям Савенко, Боос имел и личную неприязнь к Башину на почве его участия в проектировании нашумевшего высотного дома, испортившего вид на «Рыбную деревню».

Ситуация разрешается простым, но долгожданным конфликтом. Башин собирается на биеннале всемирной архитектуры в Турин. Узнав об этом, Лапин говорит, что Башин никуда не поедет. Тогда Башин кладет заявление об увольнении Лапину на стол и с легким сердцем едет в Италию.



В изгнании

После ссоры с людьми Бооса перспективы продолжить чиновничью карьеру у Башина практически исчезают. Однако случается почти невозможное: в декабре 2008 года Боос дает добро на назначение главой администрации Светлогорска известного калининградского строителя Владимира Михайлина, который, как и многие другие калининградские известные строители, был клиентом Башина в начале 2000-х. Собеседники RUGRAD.EU описывают Михайлина как человека авторитетного в строительной среде еще с советских времен и аномально бесконфликтного для этого вида бизнеса. Встав у руля элитного курорта, Михайлин зовет Башина на должность главного архитектора. Последний легко соглашается.

Быстро возникает ситуация, когда Башин оказывается на совещании в Светлогорске с участием Бооса. Губернатор демонстративно интересуется, что этот человек делает на административной должности. Башина прикрывает Михайлин: он говорит Боосу, что, раз тот доверил ему управление муниципалитетом, он волен набирать команду по своему усмотрению, а Башин — это его персональный выбор. Объяснение устраивает Бооса.

Переход в Светлогорск в обстановке опалы для Башина оказывается настоящей удачей. Он всегда интересовался этим городом и много в нем проектировал: среди калининградских толстосумов в 2000-х было принято иметь жилье выходного дня именно там. Более того, Башин проектировал первый и единственный отель, находящийся на променаде, «Гранд-Палас».


«Светлогорск был местом, где я мог спокойно подумать, наблюдая за тем, как всё падает», — вспоминает Башин свое настроение в начале экономического кризиса 2008–2009 годов. Тогда же банкротится инвестор, которого Башин привлек в Каннах для строительства «Хилтона» перед Домом Советов. Второй инвестор — Akfen, строивший в Калининграде Ibis по проекту студии Башина, начинает работы по удешевлению фасада. Этот факт будут часто припоминать бывшему главному архитектору. А он будет отвечать: «Скажите спасибо, что инвестор вообще не бросил объект и не ушел. А мог бы».

Проект воссоздания исторической застройки ниже Дома Советов также реализован не будет. Уже после кризиса структура «Гаммы» попытается через суд получить землю. Судья калининградского арбитража Ирина Гурьева, известная своим благосклонным отношением к застройщикам, иск удовлетворит. Администрация города, видимо, полагая, что решение Гурьевой устоит, обжалует иск во второй инстанции, которая отменит решение Гурьевой как незаконное. Коллегия констатирует, что структура «Гаммы» обязалась провести и профинансировать конкурс перед получением земли и застройкой территории, но этого не сделала, нарушив взятые на себя обязательства. Видимо, растерянные таким поворотом событий чиновники городской администрации несут в кассационную инстанцию проект мирового соглашения. По сути, выиграв сражение, они хотят подписать договор о капитуляции. Но Арбитражный суд Северо-Западного округа отказывается подписывать проект незаконного мирового соглашения, предложенного командой Ярошука. Так Находкин теряет надежду застроить данную территорию, а город — перспективу получить элемент старого города в историческом центре.

Работу в Светлогорске Башин начинает со спокойного проектирования реконструкции городского озера, чтобы создать вторую, альтернативную рекреационную зону в городе, но буквально на его глазах разворачивается драматичная картина.


Армянские друзья Георгия Бооса из компании «Мурадин», которые строили волейбольный комплекс в Калининграде и Театр эстрады в Светлогорске, бросают приморский объект и уезжают. Участие «Мурадина» в светлогорском проекте было ключевым: театр задумывался как частный коммерческий объект со сравнительно небольшим государственным софинансированием. Михайлин обращается к Башину с просьбой подумать, что можно сделать с этим объектом, и его бюро начинает проектные работы. Башин говорит, что не знает, просил ли Михайлина об этом Боос.

Окончательно выйдя из опалы, Башин опять включает режим инвестиционного менеджера и предлагает идею радикального увеличения променада. Он объясняет окружающим, что город не имеет быстрых инвестиционных перспектив, но их можно создать, построив широкий и длинный променад вдоль склона, тем самым вовлекая его в градостроительный оборот. Бюро Башина рисует концепцию «Морского бульвара», когда склон может быть застроен зданиями высотой до 5 этажей или до 21 метра.

В профессиональном архитектурном сообществе опять же настороженно относятся к стремительности, с которой Башин продвигает свою концепцию. Многие сомневаются: нужен ли вообще такой девелопмент на ландшафтном курорте? Однако Светлогорск находится вне фокуса внимания и жизненных интересов большей части профессионального сообщества и общественности, чему Башин нескрываемо рад. Тем же, кто задает вопросы, Башин якобы отвечает, что в первую очередь он создает в области большой рынок для дорогого проектирования. Калининградские архитекторы ему не особо верят: Башин слишком сильно себя зарекомендовал как человек, который если берет проект, то берет его весь.

Развитие прибрежной части г. Светлогорска. Фото: arx-projekt.ru


Крепостной театр

Поворотным моментом в истории области становится внезапный отказ от переназначения Бооса на второй срок. В сентябре 2010 года после известных событий на его место приходит не известный широким кругам гусевский градоначальник Николай Цуканов. У него практически нет команды для позиции, на которую его назначили, а команда Бооса коллективно пишет заявления об увольнении. Цуканов звонит Башину. Сарниц не подходит на должность главного архитектора области в первую очередь из-за отсутствия высшего архитектурного образования.

Башин видит для себя в предложении Цуканова две главные возможности. Во-первых, он может реализовать проект Театра эстрады, работая над которым он уже вошел во вкус. Во-вторых, из высокого кабинета областного правительства ему будет проще искать государственные деньги на придуманный им проект увеличения променада и пристраивать к нему «Морской бульвар».

Перейдя в правительство, Башин пытается убедить губернатора, что театр должен быть достроен, и уже нет никаких сомнений, что это будет полностью государственный объект. Архитектор работает с несложной душевной организацией Цуканова, фактически предлагая увековечить его в самом масштабном культурном объекте путинской России, строящимся в области, хотя, конечно, на самом деле Башин хочет увековечить в нем себя.

Цуканов соглашается, и уже летом 2011 года область покупает у компании «Архпроект» эскиз Театра эстрады без малого за 500 тыс. руб. Люди в окружении Башина говорят, что реальная цена проекта составляет порядка 5 млн руб., и компания в данном случае фактически выступила меценатом.

В профессиональном сообществе на такое лоббирование Башиным своего проекта смотрят косо. Знакомые архитектора объясняют: на большой открытый конкурс не было ни денег в бюджете, ни времени. Задается риторический вопрос: «Если не Башин, то кто?»

Проект быстро движется, и уже в октябре 2012 года правительство заключает контракт ценой 2,3 млрд руб. на строительство театра с компанией «Балтлитстрой», неплохо зарекомендовавшей себя на тот момент в области. Однако уже через месяц главой администрации Светлогорского района становится Александр Ковальский. Администрация Светлогорска обращается к Цуканову с предложением перенести Театр эстрады в Отрадное на земли крупной строительной компании «ПИК», а землю театра освоить иным способом.

Башин понимает, что это катастрофа: выживаемость театра и в Светлогорске-то является очень дискуссионным вопросом. Перенос объекта Отрадное — это мягкая форма закрытия проекта.


Заявления, которые исходят от команды Цуканова в тот период, позволяют судить, что губернатор как минимум плотно вошел в переговоры с администрацией Светлогорска, а как максимум договорился с Ковальским о переносе. В тот период заместитель Цуканова по внутренней политике Елена Волова делает свое легендарное заявление о том, что в фундаменте Театра эстрады пропала арматура.

Скоро история выходит на уровень администрации президента, и ее закрывают: театр никуда не переезжает.
Власти Светлогорска же подробно объясняют, что достройка Театра эстрады в его нынешнем месте закончится транспортным коллапсом, так как в городе нет достаточного количества парковок.

Параллельно формируется группа интересантов, выступающая за достройку театра в Светлогорске, к которой можно отнести и Башина. Как вспоминает один из людей, имевший отношение к тем событиям, две группы пытаются привлечь на свою сторону силовиков, но те выбирают нейтралитет и, как показывает история, поступают правильно. Скоро история выходит на уровень администрации президента, и ее закрывают: театр никуда не переезжает. Арматура в фундаменте Театра эстрады сразу находится.

Как рассказывает высокопоставленный чиновник областного правительства, в ходе проверки ситуации на «вышестоящем этаже» власти обнаруживают в Отрадном большой массив земли, имеющий отношение к группе, выступавшей за перенос туда театра, предположительно в нее входили Ковальский и Цуканов. Перенос театра позволил бы обеспечить данный земельный участок инфраструктурой за государственный счет. Данный подход воспринимается как излишне самонадеянный, отмечает собеседник RUGRAD.EU, и активность в этом направлении блокируется.

Башин вздыхает с облегчением. Кроме того, уже заканчивается проектирование променада в Светлогорске, а загадочной фигуре — главе «Корпорации развития туризма» Александру Арутюнову — удается включить миллиардное финансирование на его строительство в федеральную госпрограмму развития туризма. Человек, плотно взаимодействовавший с Арутюновым в тот период, рассказывает, что он был близок к депутатам Госдумы Александру Жукову и Наталье Бурыкиной, а также имел очень хорошие связи в Ростуризме. Именно благодаря этим связям он и обеспечивает финансирование проекта Башина по расширению променада и ремонту всей центральной части Светлогорска.

Однако из-за внутриэлитных разборок область теряет год, и стройка попадает на девальвацию декабря 2014 года. Начинается радикальное удешевление материалов, а затем и предвыборная губернаторская гонка. Башин находится в самом серьезном персональном кризисе за последнее время и почти на год становится рабом своего объекта: правительство начинает ускорять стройку к губернаторским выборам сентября 2015 года. Башин категорически против, так как ускорение приведет к нарушению технологии строительства и отделки. «В апреле на объекте нет крыши, в июле ставится срок провести КВН», — объясняет человек, знакомый с ходом строительства объекта в тот период. Архитектор вступает в прямой конфликт с Цукановым.

В марте 2016 года Башин подает в отставку, понимая, что точка бифуркации уже пройдена и театр любом случае достроят, но он не готов нести ответственность за конечный результат, так как многие работы делались вразрез с его позицией.


Тем не менее, по итогам 2016 года студия Башина выставляет объект на конкурс калининградского союза архитекторов в номинации «Лучший построенный объект». Проект проваливается. Архитекторы называют Театр эстрады незапоминающимся.

Архитекторы называют Театр эстрады незапоминающимся.
«С архитектурной точки зрения в этом проекте выдающегося ничего нет. Из выдающегося там только масштаб деятельности», — объясняет архитектор Сергей Гулевский. Башин парирует: выдающийся объект не смог бы вписаться в архитектуру Светлогорска. Но он и так не вписался из-за своих размеров, уверен Гулевский.

Не успел Цуканов насладится лаврами победителя на фактически безконкурентных губернаторских выборах, как в области вспыхивает очередной скандал: компания застройщика Александра Качановича с подачи светлогорских властей намерена построить огромный апарт-отель фактически на променаде, который немедленно получает прозвище «стакан». Общественность буквально взрывается от возмущения.

Очевидно, понимая, что такой архитектурный «экстремизм» может похоронить его проект «Морского бульвара», Башин выступает в прессе с критикой «стакана». Проект замораживает сначала Цуканов, а после его отставки заморозка продолжается и при врио губернатора Евгении Зиничеве и при Антоне Алиханове.

Власти и застройщик вместе идут к Башину. Тот, получив политическое благословение и финансирование Качановича, с удовольствием берется за реализацию своего же проекта.

Концепция застройки первой линии у моря в Светлогорске "Морской бульвар". Фото: svetlogorsk39.ru


Одновременно на должность главного архитектора области назначают человека из студии Башина — Евгения Костромина. Когда корреспондент RUGRAD.EU приходит к Башину брать интервью для этого материала, он замечает в офисе человека, похожего на Костромина, и спрашивает у Башина, он ли это. «Это вполне может быть он», — с легкой улыбкой отвечает Башин.

***

Башин объясняет философию своих действий на протяжении последних десятилетий стремлением к развитию. Развитие для него — это проектирование, а за ним — строительство. Он всегда выступал за быструю застройку центра, потому что сам бы хотел успеть пожить в качественном и благоустроенном городе. Он из тех людей, которые хотят всё и сразу. Как и многие из нас. Наверное, это и называется амбициозность.

Однако скорость никогда не была синонимом качества. Особенно в градостроительстве. В этой дихотомии, вероятно, и проходит черта конфликта между самым влиятельным человеком в истории калининградского градостроительства, с одной стороны, и профессиональным сообществом и общественностью — с другой.


Текст: Вадим Хлебников
Фото: RUGRAD.EU, arx-project.ru, svetlogorsk39.ru



(Голосов: 43, Рейтинг: 4.16)