RuGrad.eu

16 декабря, 08:37
понедельник
$62,55
+ 0,00
69,86
+ 0,00
16,34
+ 0,00
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

«Обвинение для меня равно гражданской смерти»

Светлана Грибовская. Фото: gov39.ru

Обвиняемая директор Музыкального колледжа заявила, что ее «сделали крайней», чтобы «отвести подозрение от замешанных в этом деле чиновников и бизнесменов», а 30 % было передано на некую «избирательную кампанию».

 

9 апреля в Ленинградском районном суде Калининграда прошло очередное заседание по уголовному делу в отношении директора Музыкального колледжа им. С. В. Рахманинова Светланы Грибовской. Руководитель учебного заведения обвиняется в превышении должностных полномочий с причинением тяжких последствий. В декабре 2014 года колледж заключил с ООО «Каре-Балт» контракт на поставку оргáна. С 2015 по 2016 год Светлана Грибовская подписала ряд актов якобы выполненных работ о приобретении и поставке частей органа, однако учреждение не получило инструмент до сих пор. Общая сумма средств, на которые были подписаны акты, составляет 24 млн руб.

В качестве свидетеля по уголовному делу был приглашен министр строительства Калининградской области Сергей Черномаз. В 2016 году он занимал должность директора «Регионального управления заказчика капитального строительства». После того, когда подрядчик перестал появляться на стройке, Светлана Грибовская обратилась к руководителю РУЗКС с просьбой «разъяснить видение ситуации», которая сложилась по итогам реконструкции колледжа. По мнению Сергея Черномаза, на момент подписания документов Светлана Грибовская не понимала, что действует неправомерно.

Также для дачи показаний в суд вызвали бывшего директора Научно-производственного центра по охране, учету и реставрации памятников истории и культуры Калининградской области Алексея Нагорного. В 2015 году НПЦ выступал в роли заказчика-застройщика проекта реконструкции колледжа, а также осуществлял функции контроля качества и объема производимых работ. 



Экс-директор центра пояснил, что в конце 2015 года возник вопрос о необходимости расторжения контракта с «Каре-Балт» и замены подрядной организации, поскольку компания не исполняла свои обязанности. По рекомендации министерства строительства и лично заместителя председателя регионального правительства Александра Богданова контракт был переуступлен ООО «Инсталляция».

Алексей Нагорный подтвердил, что подписывал акты КС-2 и КС-3, о которых идет речь, и хорошо ознакомился с их содержанием. «Я считал, что если руководители правительства подписывают данный документ, то вполне я мог тоже подписать такой документ», — отметил бывший руководитель НПЦ.

«У вас или Грибовской возникали сомнения при подписании?» — спросил его адвокат.

«На период подписания — нет», — подчеркнул Алексей Нагорный. Он добавил, что, являясь нанятым сотрудником, был обязан выполнять указания руководства. «Я посчитал, что в данном случае это законно. Где я посчитал незаконным, я просто взял и уволился», — сказал он.

Повторно в качестве свидетеля вызвали бывшую контрактную управляющую колледжа Лесю Степанчеву. «Раз строительный контроль подписал эти документы, то в чем сомневаться тогда?» — заявила она, отвечая на вопросы о справках.

По мнению экс-контрактной управляющей, закон разрешает изменять условия контракта на основании решения местной администрации, если в этом есть необходимость. «Мы предположили, что согласно 44 ФЗ, если вышестоящий орган принимает такое решение, то, соответственно, можно идти по вот этой стороне — можно подписывать и принимать, потому что работать необходимо», — сообщила она.

Далее адвокат Светланы Грибовской огласил список доказательств. Среди документов были письма директора колледжа в адрес регионального министерства строительства и министерства культуры, компании «Каре-Балт» и ее бывшего директора Геннадия Ялового, экс-заместителя председателя правительства Александра Богданова. Также сторона защиты представила акты о проведении работ, не подписанные Грибовской. По мнению адвоката, они свидетельствуют о том, что директор колледжа не подписывала документы, которые считала «незаконными и не соответствующими действительности». В качестве характеризующих руководителя колледжа материалов адвокат попросил приобщить к делу копию удостоверения о присвоении Светлане Грибовской звания заслуженной артистки России, благодарственные письма, письмо от 110 преподавателей и сотрудников колледжа, письмо работников культуры, а также открытое письмо творческой интеллигенции, подписанное 500 деятелями культуры и искусства.



В ходе дачи показаний Светлана Грибовская заявила, что вину по-прежнему не признает и в своих действиях состава преступления не видит. Она пояснила, что руководит колледжем уже на протяжении 9 лет, и контракт на поставку органа для нее не является первым: в 2011 году колледж успешно отторговал музыкальное оборудование на 80 млн руб. Вместе с тем в штате учреждения отсутствует профильный специалист по закупкам музыкальных инструментов. Поскольку директор не обладает достаточными знаниями в области строительного надзора и контроля, проверкой всей документации по объекту занимался НПЦ по охране памятников. «Оснований не доверять профессионализму сотрудников данного учреждения у меня не было», — подчеркнула Светлана Грибовская. Всю документацию компания «Каре-Балт» передавала на проверку в НПЦ, затем бумаги отправлялись в колледж.

Директор учебного заведения сообщила, что региональные власти запретили колледжу заключать контракт на поставку органа отдельно: поскольку музыкальный инструмент было необходимо монтировать, его включили в контракт по строительным работам.

«Сразу же после заключения контракта я предложила “Каре-Балт” и минстрою (Елене Каржавых) в качестве субподрядчика по поставке органного комплекса калининградскую организацию “Ариетта”, которая неоднократно поставляла колледжу различные музыкальные инструменты и зарекомендовала себя с наилучшей стороны», — рассказала Светлана Грибовская, добавив, что организация помогла колледжу подготовить техническое задание для поставки органа. В течение года директор компании совместно с американскими специалистами органной фирмы Allen разрабатывал техзадание органного комплекса под параметры концертного зала колледжа. Однако представители министерства строительства и подрядчик предложение директора не одобрили. «Только теперь я понимаю, почему было принято такое решение. В их плане было максимально сэкономить на органе или впоследствии совсем исключить его из проекта», — считает она.

Светлана Грибовская отметила, что в течение 2015 и 2016 годов вела переписку с руководителем американской органной фирмы. В ходе их общения стало известно, что переговоры с руководством компании Allen ООО «Каре-Балт» не проводило.

С 14 по 18 декабря 2015 года экс-заместитель министра культуры Елена Кошемчук в срочном порядке направила директора колледжа в командировку в Санкт-Петербург. «У меня до сих пор ощущение, что что-то произошло в мое отсутствие, что-то я пропустила», — вспоминает она. Когда руководитель учебного заведения вернулась из поездки, ее встретил заместитель по административно-хозяйственным вопросам Геннадий Талалаев и сообщил, что власти приняли решение об авансировании органа. «Далее события развивались очень стремительно. Проект документов на оплату КС-2 и КС-3 главный бухгалтер Татьяна Курчина приносила на совещание 23 декабря, показывала их Каржавых и спрашивала, всё ли в порядке, оплачивать? Я при этом присутствовала, и рядом же стоял Богданов. Было очевидно, что документы Каржавых знакомы. Слова Каржавых запомнила и не забуду никогда: “Оплачивайте. Будет подписан и протокол совещания”. Имелось в виду, подписан еще и вице-губернатором», — рассказала Светлана Грибовская.

Директор отметила, что показания Елены Каржавых в суде вызвали у нее «крайнее удивление». Поскольку НПЦ согласовал документы, директор подписала их «без какого-либо сомнения». «Органа к моменту подписания КС-2 и КС-3 не могло быть, потому что его производство занимает минимум 6 месяцев», — объяснила она.



По словам Светланы Грибовской, в течение всего периода исполнения контракта почти на всех совещаниях чиновники напоминали, что 1 января 2016 года заканчивается финансирование по ФЦП. «На совещаниях руководство области постоянно обвиняли НПЦ и администрацию колледжа, что мы долго проверяем документацию, представленную генподрядчиком, задерживаем перечисление денежных средств, тем самым тормозим исполнение контракта: регион из-за этого не может отчитаться о выполнении ФЦП», — добавила она. По словам представителей власти, если колледж не освоит деньги, в федеральный бюджет «уйдут» не только оставшиеся на счетах средства: необходимо будет вернуть всю сумму по контракту.

«Моя вина заключается лишь в том, что я безоговорочно верила всем меня окружавшим. Чиновникам правительства области, давившим на НПЦ и требовавшим поскорее перечислить деньги, чтобы освоить федеральный бюджет и отчитаться об исполнении ФЦП в Москве, при этом уверявших, что перечисления не противоречат закону. “Каре-Балт”, на которое возлагались обязательства отчитаться за поставку органа и которые выставляли на обозрение всем договоры с “Балтийской логистической компанией”. НПЦ, специалисты которого обязаны были проверить достоверность содержания подписываемых документов, которые потом передавались мне на подпись. Кузину, уверявшему, что он договаривается с Америкой о поставке органа. <…> И даже своим сотрудникам, которые не предупредили, а наоборот, уверили, что подписание этих документов не противоречит закону. Музыкальный колледж для меня — дело моей жизни», — не смогла сдержать слезы директор учебного заведения. «Обвинение для меня равно гражданской смерти, то есть лишению чести», — через некоторое время завершила она свою речь.

«Вы зачем подписали эти документы? Вы понимали, что это подсудное дело?» — поинтересовалась прокурор.

«Поставка органного комплекса не предполагает его физическое наличие», — повторила Светлана Грибовская.

Судья Нина Муценберг пояснила, что обвинение заключается именно в том, что директор подписала «фактически фиктивный документ». «Я до сих пор уверена, что на тот момент я не могла поступить по-другому», — ответила руководитель колледжа.

«Это другой вопрос. Это обстоятельства иного порядка. А мы говорим об обвинении. Вам сложно сопоставить эти вещи», — заметила судья.

«Меня просто вынудили общаться с бандитами, я была одна против всех», — подчеркнула директор, добавив, что готовит документы для обращения в правоохранительные органы.

Представитель стороны обвинения заявила, что считает вину Светланы Грибовской полностью доказанной. «Я не верю в юридическую неграмотность руководителя учреждения. Каждый человек, садясь в кресло руководителя, должен осознавать, что несет юридическую и финансовую ответственность за свои действия», — отметила прокурор. Она сообщила, что считает доводы директора колледжа об оказании на нее давления необоснованными.

«Есть такая пословица: советчик не ответчик. Вот о чем должна была помнить Светлана Григорьевна», — заключила гособвинитель.

В качестве наказания она запросила для Светланы Грибовской 5 лет лишения свободы условно с лишением права занимать руководящие муниципальные и государственные должности сроком на 3 года.

Начиная прения, директор колледжа заверила, что у нее не было умысла превысить должностные полномочия. «Ни выгоды, ни мотива преступления у меня не было. Было очень большое желание оснастить колледж органным комплексом, — сообщила она. — Единственное, в чем себя виню, — в том, что доверяла своему высокому начальству и, видимо, наивно верила в их порядочность».

По мнению Светланы Грибовской, ее «сделали крайней», чтобы «отвести подозрение от замешанных в этом деле чиновников и бизнесменов». 

Она также отметила, что в 2015 году музыкальный колледж подготовил заявление с просьбой о привлечении руководства компании «Каре-Балт» к уголовной ответственности в связи с многочисленными фактами нецелевого использования средств колледжа. 

«С проектом документа я ознакомила Богданова. <...>  Я получила от Богданова устное указание этого не делать. В присутствии его заместителя по безопасности», — уточнила директор.



Кроме того, Светлана Грибовская рассказала, что Геннадий Яловой отказался предоставлять колледжу информацию о том, на какие цели был потрачен аванс в размере 30 %. Тем не менее, он прислал Елене Каржавых информацию о движении денежных средств. Каржавых переслала эту информацию по Viber контрактному управляющему колледжа. «Там имеется любопытная информация: “Передано Пожарицкому для выборной кампании”», — заметила директор. В ходе прений адвокат Светланы Грибовской также заявил о противоречивых показаниях свидетелей.

Следующее судебное заседание назначено на 6 мая.

 

Текст: Марина Кошечкина
Фото: RUGRAD.EU, gov39.ru



(Голосов: 17, Рейтинг: 4.12)