RuGrad.eu

16 декабря, 13:12
$66,43
+ 0,00
75,39
+ 0,00
17,51
+ 0,00
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
15:39, 12 октября 2018 6 карточек

Доходы на отходах

Как устроена система обращения с медицинскими отходами в Калининградской области, кто зарабатывает на их утилизации и почему всё это похоже на «грязный» бизнес. Карточки RUGRAD.EU.
1.
Сколько накапливается «мусора» от пациентов?

В Калининградской области, только по официальным данным, ежегодно образуется 360 тонн медицинских отходов — по 180 тонн из государственного и коммерческого секторов. То есть почти по 1 тонне ежедневно. В этот перечень входят все лекарства с истекшим сроком годности, операционный материал, иглы, катетеры и капельницы, лабораторная посуда и прочие отходы, загрязненные человеческими выделениями, в первую очередь – кровью. Такие отходы могут нести эпидемиологическую опасность (отходы класса Б и В), быть токсичными (класс Г) или даже радиоактивными (пятый класс опасности Д). Для каждого из классов предполагается свой метод утилизации в целях обеспечения прежде всего безопасности населения и охраны окружающей среды.


Не все больницы производят одинаковое количество отходов. Самые «продуктивные» — те, в которых часто проводятся операции. Это Городская клиническая больница скорой медицинской помощи, Центральная городская больница, Областная больница и все родильные дома.




«Официальные оценки объема медицинских отходов всегда слегка занижены. Значительный объем производит коммерческий сектор здравоохранения, в том числе за счет ветеринарии, на втором месте — стоматология и все сетевые поликлиники. В государственном секторе только одна ЦГКБ производит ежемесячно до 4 тонн», — рассказывает один из участников рынка по утилизации отходов, специализирующийся на работе с частными поликлиниками.


Эту точку зрения разделяет и Валерий Эпштейн, владелец ООО «Универсальные технологии» (один из крупнейших участников рынка по утилизации отходов). «Нет, отходов намного больше. По нашим подсчетам, не самым свежим, получалось около 50 кг с койкоместа. Давайте даже на 5,5 тыс. умножим и представим, насколько эта цифра больше официальной», — рассуждает предприниматель.


Опрошенные RUGRAD.EU участники рынка считают, что практически все заказчики занижают цифру образуемых у них отходов и не сдают 100 % на утилизацию. В лучшем случае используют автоклавы (медицинские стерилизаторы, в которых материалы обрабатываются при высокой температуре и под давлением. — Прим. ред.) и обеззараживают отходы, снижая их классность и затем списывают вместе с бытовыми отходами.


«Многие больницы приезжают и говорят: а нам не нужна утилизация, у нас только 1,5 кг отходов в частной поликлинике собралось. Да, у них есть договор о вывозе, и за первый раз они нам по факту заплатили, а потом... но договор-то у них есть», — рассказывает Эпштейн.




2.
Как на этом можно заработать?

Договор на вывоз и утилизацию медицинских отходов разных классов должен быть в России у каждой клиники: иначе просто нельзя получить лицензию на осуществление медицинской деятельности. Бюджетные клиники в соответствии с законом «О контрактной системе» закупают услуги через процедуру госзакупок или пользуются собственными установками по утилизации. Такие есть, например, в Областной клинической больнице и в ЦГКБ. Но часть отходов им также приходится утилизировать по договору. Частные — заключают договора напрямую с компаниями, которые имеют лицензию на сбор и транспортировку отходов соответствующего класса.


Работа с частниками, согласно публичным предложениям калининградских компаний, начинается от 100 руб. за 1 кг отходов. Договор подписывается при объеме, который «тянет» не менее чем на 1200 руб., делятся наблюдениями участники рынка.
Самые большие объемы отходов — у государственных медицинских учреждений. Поэтому почти все компании, которые присутствуют на калининградском рынке, заинтересованы в получении именно государственных подрядов. Цена 1 кг «государственных» отходов варьируется в зависимости от результата электронного аукциона. По оценкам участников рынка, от 80 до 180 руб.




В последние годы калининградский рынок столкнулся с серьезным демпингом. Российские компании прошли этот период раньше: когда в 2011 году государство внезапно отменило лицензирование на перевозку и утилизацию отходов, получать заключения Минприроды было необходимо для работы по обеззараживанию. Через 4 года лицензии опять вернулись: но новые лицензиаты оказались в более «мягких» условиях. Они могли получить лицензии у себя в регионе. В Калининграде это привело на рынок совсем небольшие компании, которые стали практиковать сомнительные и дешевые методы утилизации, не соответствующие рекомендациям Росстандарта по наилучшим доступным технологиям.


3.
Кто сейчас формирует рынок медотходов?

На рынке централизованного обеззараживания отходов из государственных медучреждений сегодня работают следующие организации: ООО «Универсальные технологии» (учредитель и директор Валерий Эпштейн) — 47 контрактов на 8 млн руб. в 2018 году, ООО «Калининград ЭКО» (владельцы Сергей Романенко и Ирина Ершова) — 14 контрактов на 2,9 млн руб., ООО «АВК» (учредитель Андрей Крылов, директор Василий Толкачев) — 15 госконтрактов на 3,9 млн руб. в 2018 году), и государственное предприятие Калининградской области «Единая система обращения с отходами» — 6 контрактов, включая не связанные с опасными отходами на 11,6 млн руб.


Лицензию на работу, транспортировку и обеззараживание медицинских отходов имеют намного больше организаций. Но они ориентированы или на работу с коммерческим сектором, или привязаны к ведомственным организациям. Незначительную часть рынка замыкает на себя Центр по утилизации опасных медицинских отходов в ЦГКБ. Коммерсанты вспоминают, что одной из его негласных функций было заключение договоров на утилизацию отходов с другими больницами до 2012 года для получения ими лицензий. Фактические результаты работы тогда были не особенно нужны.




4.
Мусорный бизнес всегда «грязный». А с медицинскими отходами — так же?

В новостях из других регионов России регулярно появляются сюжеты о найденных на пустырях и в лесах человеческих останках, которые похожи на ампутированные конечности. В Калининградской области такие истории не попадали в публичную плоскость, но на уровне слухов живо обсуждаются теми, кто связан с вывозом биологического материала из больниц.


«И госсектор, и коммерсанты — все считают свои деньги. В государственном секторе финансирование замерло на уровне 2012 года, поэтому все больницы стремятся переходить на дешевое обслуживание. Здесь ведь всё привязано к стоимости тарифа на обслуживание пациента. Если за лечение одного пациента поликлиника получает 600 руб., а бабушка получает там и капельницы в течение недели, и другие процедуры, в результате которых образуются отходы, то сколько может там стоить вывоз?... В итоге в госсекторе цены падают до 100 руб. за 1 кг отходов. У этого есть и обратная сторона, связанная с тем, что не все отходы вывозятся и утилизируются как нужно. Согласитесь, что привезти из Советска или Краснознаменска на полигон в западной части области пакет весом 5 кг по 100 руб. — накладно: потратить деньги на 300–400 км пробега, затем потратить еще деньги, чтобы их спалить — ну, не смешите меня. Отсюда и появляются все истории про «найденные в лесу руки и ноги», — рассказывает один из коммерсантов, подразумевая нелегальные способы перезахоронения операционного материала вместо оплаченной по госконтракту утилизации.




5.
Есть ли подтвержденные нарушения?

Если посмотреть на данные о проверках четырех компаний, имеющих свои установки для сжигания отходов, со стороны Росприроднадзора, то они могут показаться идеально чистыми. Однако и участники рынка, и непосредственные клиенты, и в последнее время прокуратура не согласны с этими оценками.


По словам «старожилов» рынка, среди компаний, получивших лицензии на обезвреживание в 2011–2013 годах, одним из главных «антигероев» является ООО «АВК». Предприятие начало свою работу в 2013 году и отличилось на региональном рынке тем, что начало предлагать слишком низкие цены за свои услуги. Согласно опубликованным данным, компания использует для работы по утилизации медицинских отходов инсинератор «Гейзер-ИУ 2000». Его максимальная загрузка — 2000 кг. Фактически это мусоросжигательный завод в миниатюре. Согласно действующему законодательству, владельцы таких установок должны иметь разрешения на вредные выбросы и выплачивать соответствующие компенсации. У «АВК», по данным прокуратуры, таких разрешений нет, а помещение, в котором они складируют отходы, прежде чем соберут необходимый для сжигания объем, –– не соответствует нормам и требованиям.


«Вы и сами понимаете, что это происки конкурентов. Никому не нравится, что мы, молодая компания, вышли на рынок и предложили низкую цену. А еще мы не стали входить в Союз переработчиков отходов — всё связано», — заявил, общаясь с RUGRAD.EU, директор «АВК».




Общим местом в работе по сжиганию медицинских отходов является необходимость накопления объема этих отходов на площадках компании-утилизатора перед сжиганием. Некоторые печи не могут работать в ночное время из-за выбросов, другие, как в случае с «АВК» или ЕСОО (у госпредприятия есть пиролизная установка на 1 тыс. кг загрузки), нужно основательно загрузить, чтобы сжигание имело экономический смысл, у третьих, как в случае с «Универсальными технологиями», — в печи, напротив, невозможно сжечь за один раз большой объем принятых отходов, хотя они делают это по наилучшей доступной технологии.


Однако на предприятии «Универсальные технологии» в начале октября этого года были обнаружены нарушения правил хранения отходов класса Г (токсикологически опасные), а также отсутствие производственного контроля к административной ответственности. Прокуратура обязала руководство устранить нарушения. В настоящее время пиролизная установка «Универсальных технологий» располагается в городской черте, на территории завода ЖБИ.


ООО «Калининград ЭКО» пока не фигурировало в сообщениях прокуратуры. Однако известно, что в лицензии, которой владеет эта компания, в качестве места по утилизации опасных отходов указан обычный полигон ТБО, к тому же закрытый еще в 1991 году — в поселке Ильичево Гурьевского городского округа. По данным Росприроднадзора, этот полигон, вопреки официальному запрету, используется до сих пор.



Так сейчас выглядит якобы "закрытый" полигон в Ильичево.



Что касается «Единой системы обращения с отходами», то она использует и установки для термического обезвреживания, и пиролизные установки для утилизации. ЕСОО является единым оператором по обращению с бытовыми отходами в Калининградской области и управляет главным полигоном ТБО в регионе. За различные нарушения в его содержании, в том числе и за нарушения норм пожарной безопасности, оператор уже привлекался к административной ответственности.


6.
Кто виноват в сложившейся ситуации?

Выводы прокуратуры вроде бы однозначно возлагают вину за разного рода нарушения на самих коммерсантов. Они, в свою очередь, уличают в нечестных схемах своих конкурентов, поставщиков и даже государство, которое сделало «правила, по которым не хочет играть». Как полагают участники рынка, средняя стартовая цена, по которой больницы готовы отдавать медицинские отходы на утилизацию, искусственно занижена. Причем не только по доброй воле руководства учреждений здравоохранения, с которыми у ряда утилизаторов сложились давние партнерские отношения, но и в связи с директивами минздрава.


«Я сам в глаза письма не видел, но мне говорили, что новый министр запретил больницам на этот год торговать отходы дороже, чем 120 руб. за 1 кг», — вспоминает Валерий Эпштейн.




«Московское мышление отличается от нашего. Ведь если там можно не выбирать между одной-двумя столичными компаниями по утилизации, а дальше вывозить отходы в Россию, то и вопросов нет. У нас с этим проблема, здесь нужно вкладываться, чтобы обеспечить сжигание отходов. Если этого не делать, то возникает недобросовестное отношение. А не хочется оставлять детям загаженную местность», — рассуждает один из старожилов рынка.


Еще одной причиной внезапно всплывших нарушений предприниматели называют определенный конфликт между сформированным союзом переработчиков отходов, не присоединившимися к нему компаниями и Единым государственным оператором по работе с отходами в лице госпредприятия ЕСОО.



Текст: Анна Белецкая
Фото: Юлия Власова