«Выборы мальчика для битья»

27 Апреля 2017
«Выборы мальчика для битья»

Сегодня были объявлены результаты конкурса на должность главного архитектора области. Конкурс проходил в 3 этапа. Его победителем стал партнер Александра Башина Евгений Костромин. Афиша RUGRAD.EU попыталась разобраться, почему в конкурсе победил именно Костромин и с какими сложностями ему придется столкнуться уже в ближайшем будущем.


«Башину до конца жизни будут припоминать»

До двух последних этапов конкурса на должность главного архитектора Калининградской области добрались только пятеро из 6 претендентов. Владимир Панифедов, главный архитектор в компании «Другая архитектура», который в городе известен тем, что занимался разработкой зоны отдыха на Верхнем озере, до двух финальных этапов не дошел. Врио вице-премьера Гарри Гольдман обвинил его в слабом знании нормативной документации и законодательства.

Впрочем, из 5 кандидатов лишь двое выглядели наиболее реальными претендентами на победу. Речь идет о Юрии Москвитине, который работает в администрации Гурьевска советником по архитектурному облику, и Евгении Костромине.

Архитектор Евгений Скачков из Брянска выглядел совершенно техническим кандидатом. Ему все время приходилось выступать первым: архитектор боялся опоздать на самолет. На «малой Родине» он работал в «БрянскГражданПроекте». «Работа государственного служащего или муниципального служащего занимает достаточно много времени...», — заявил он в самом начале презентации, как будто извиняясь за то, что реально спроектированных объектов у него меньше, чем у архитекторов практикующих. Вместо представления работ он начал говорить о нормативно-правовых актах, в разработке которых ему приходилось участвовать. «Это так же мои произведения искусства», — пытался он произвести впечатление на жюри. Перечисление бюрократических документов получилось достаточно долгим: Скачков разрабатывал документы о взаимодействии градостроительных органов в муниципалитетах Брянской области, положения о проведении архитектурного конкурса на лучший памятный знак в честь Владимира Высоцкого и прочие технические нормативы, которыми он, видимо, много занимался в Брянске.

Первым его архитектурным проектом оказалась церковь Святителя Николая Чудотворца в Светлограде. Но потом выяснилось, что у архитектора из Брянска стандартный и вполне себе светский набор спроектированных объектов: несколько корпусов брянского вуза, музейно-выставочный центр ретроавтомобилей, турбаза в селе Страшевичи и развлекательный комплекс «Сто пудов», который отдаленно напоминает калининградскую «Галактику» в Балтрайоне. Когда у Скачкова спросили, каким объектом он гордится, то архитектор все равно выбрал церковь. «У вас все-таки преобладает такой стиль... В калининградском стиле у вас есть какие-то работы? Неоготика, еще что-то?» — допытывался у кандидата врио вице-премьера Гарри Гольдман. «Нет, в стиле Калининграда нет», — сбился Скачков. Ему пришлось признаться, что географически со своими работами он не забирался дальше Московской области. Поэтому проектов, учитывающих региональный колорит, у него просто нет.

Юрий Москвитин из Гурьевска был, безусловно, самым опасным конкурентом для Евгения Костромина. В краткой справке от пресс-службы правительства указывается, что он работает советником по архитектурному облику в администрации Сергея Подольского. Впрочем, на сайте самой администрации Москвитин  числится начальником управления архитектуры и градостроительства.

Будущий главный архитектор Гурьевска родился в Москве. Там же он окончил Московский архитектурный институт (МАРХИ). Уже во время учебы начал москвитин.JPGпринимать участие в международных конкурсах. «Я работал в одном из сильнейших институтов Советского Союза, который проектировал горкомы, обкомы, музеи Ленина...», — вспоминал участник конкурса. Москвитин до сих пор является членом московского Совета архитекторов.

В Гурьевске он работает уже 12 лет. «Вся творческая история проектирования связана с городом Гурьевском и Калининградской областью», — пояснил Москвитин аудитории. Когда архитектор устроился на новую должность, у него появилась мечта: преобразовать Гурьевск «в цветущий и красивый город». На слайдах тем временем демонстрируется типичная многоэтажка. «Административное, духовное и банковское здание...», — вдохновенно рассказывает о работе Москвитин.

В принципе, у гурьевского архитектора получился аналогичный набор типовых проектов: жилой комплекс «Ласкино», группа многоквартирных домов на ул. Ленина (на слайдах демонстрировались высотные здания с большим количеством стекла). Выбивался из подборки только развлекательный комплекс в Турции (грозная башня) и мемориальный комплекс в Москве. Идея последнего, как рассказывал Юрий Москвитин, была навеяна творчеством Эрнста Неизвестного. Комплекс представляет из себя небольшую каменную пластину с такими же каменными геометрическими фигурами на ней. «Вот треугольник, который выше, — это живые, а треугольник, который ниже, — павшие. Памяти павших — белого цвета...», — старательно разъяснял собственную идею архитектор.

В конце презентации Москвитин зачем-то показал то ли интервью, то ли статью о нем в журнале «Точка» с заголовком «Верить в победу».

После Москвитина выступал завкафедры градостроительства, землеустройства и дизайна БФУ им. Канта Виктор Пустовгаров. Помимо всего прочего, он является членом правления регионального отделения Союза архитекторов и имеет звание почетного архитектора России. Первые его проекты были разработаны в Калининградской области еще в 90-е годы. В качестве примера работы он продемонстрировал генеральный план города-курорта Светлогорск – Отрадное. Из рассказа Виктора Пустовгарова в буквальном смысле следовало, что именно он спас тот участок земли, где сейчас построили «Янтарь-холл». «Были варианты застроить эту территорию жилыми домами», — рассказывал он.

Именно Виктор Пустовгаров разрабатывал проект парка Победы в Калининграде. Кроме того, он, как и прочие участники, занимался гостиницами и гостевыми домами и даже сделал проект выставочного комплекса в Барселоне.

Еще один претендент — архитектор Петр Черненко — работает в бюро «Никор Проект». В середине 90-х он дошел до второго этапа со своим проектом Храма Христа Спасителя, а также проектом реконструкции аэропорта Храброво.

Евгений Костромин начал свою презентацию с храма. В 2005 году он сделал проект церкви для поселка Чкаловск. На слайдах кажется, что сооружение стоит прямо во дворе жилого дома. Впрочем, у будущего победителя конкурса было одно реальное преимущество перед остальными конкурентами, а именно большое количество реализованных проектов. В его активе — благоустройство территории озера Тихого в Светлогорске, казино Sobranie в игорной зоне, несколько жилых кварталов (в Большом Исаково, Калининграде и Светлогорске), певческое поле в Центральном парке. Некоторые из презентованных проектов победитель делал для компании Александра Башина «Архпроект Групп» (гостиница «Ибис», комплекс «Раушен-Престиж»). Некоторые — даже в соавторстве с самим Башиным: проект развития градостроительного узла в районе площади Василевского и проект «Ластадие» (оба не реализованы). У Костромина есть свое видение развития исторического района Альтштадт, но оно тоже пока что не реализовано. Не был принят и его проект светлогорского променада. Кроме того, в 2014 году архитектор разработал проект гостиницы «Пушкинская» на ул. Пушкина в Калининграде.

К презентации будущего победителя конкурса было больше всего вопросов. Сначала у него завязалась перепалка с архитектором Сергеем Гулевским, который назвал  будущего главного архитектора Калининградской области «автором «чемоданизации» Светлогорска». Однако у членов экспертного сообщества обнаружились и другие претензии. Как выяснилось, архитектор живет недалеко от гостевого дома на ул. Пушкина. « [Район] Амалиенау имеет определенный характер. Откуда вдруг взялся этот викторианский стиль? Сам по себе объект имеет ценность: фасады сделаны хорошо. Но это абсолютно чужой элемент в этой среде», — заявил Гулевский.

Костромин явно был не готов к такой атаке и сильно смутился. Впрочем, ему хватило сил собраться и сказать, что вопрос про Амалиенау «правильный, но спорный».

«У вас будут трудности при проведении градсовета...», — скептически заметил Гарри Гольдман, наблюдая за тем, как будущий главный архитектор отбивается от своих оппонентов. Костромин попытался заверить чиновника, что с работой справится, но врио вице-премьера, кажется, ему не поверил и попытался объяснить Костромину, что если он займет должность главного архитектора, то на него автоматически начнут сыпаться все шишки: ведь надо быть готовым к ситуации, когда главный архитектор окажется в положении мальчика для битья. «Башину всю жизнь будут припоминать дом напротив «Рыбной деревни». И не важно, кто его спроектировал. Насколько вы готовы к такой критике? А критиковать будут на протяжении длительного времени», — злился чиновник. Костромин продолжил убеждать Гольдмана в том, что он справится.

Врио губернатора Антон Алиханов, будто бы готовя нервную систему Евгения Костромина к будущим нападкам, мстительно поинтересовался у архитектора, на каком этапе из проекта по озеру Тихому исчезла ливневая канализация. «Не могу знать», — вынужден был признаться архитектор и попытался переубедить Алиханова, ведь он ни в чем не виноват и занимался только дизайном проекта.


«Даже президент так не может»

Третий этап получился еще более монотонным, чем второй. Юрий Москвитин рассказывал о туристических маршрутах, но, кажется, всерьез смутился при ответе на «провокационный» для него вопрос о возможном объединении Калининграда и Гурьевска. «Для полнокровного развития Калининградской области такое объединение может быть», — осторожно заметил он и начал убеждать аудиторию в том, что процесс слияния муниципалитетов окажется трудоемким именно с правовой точки зрения. По словам Москвитина, для этого понадобится референдум. Хотя до этого он рассказывал в рамках своей концепции о том, что Калининград сильно застраивается и уже в обозримом будущем может соединиться со Светлогорском, Зеленоградском и Пионерским.

На одном из слайдов у Костромина неожиданно появился Королевский замок. «Невысокая этажность около Дома Советов... Сам Дом Советов привести в порядок», — увлеченно рассказывал он, а потом будто вспомнил про нарисованный замок и смутился. «История с Королевским замком... Да, может быть проведен конкурс... Было рассмотрено очень много вариантов. В дальнейшем судьба этого места может быть рассмотрена», — запинаясь, рассказывал он, будто бы забыв нашумевшем заявлении Алиханова о том, что никакого замка в регионе не будет (во всяком случае, пока он губернатор). Комментируя итоги, сам Алиханов о слайдах с замком говорил без особой охоты. «Я, что ли, дискуссию запрещу? Мы же не в диктатуре живем», — попытался отбиться врио губернатора.

Основные вопросы после презентаций претендентов были посвящены полномочиям главного архитектора. Алиханов рассказывал, что к словам главного архитектора чиновники, безусловно, будут прислушиваться, и его мнение будет играть «весомую роль» при принятии решений. Фактически же у главного архитектора не будет статуса чиновника. Он даже сможет работать в коммерческих структурах и наряду с этим возглавлять областной градостроительный совет. Ему будет назначена зарплата в 40 тыс. руб. «Это не должность государственной службы», — уверял врио губернатора.

Гарри Гольдман еще до объявления итогов признавался, что поставил «очень много нулей». «Был ряд архитекторов, у которых своих работ практически нет. Насколько мы как калининградцы готовы довериться архитектору из другого города? Кто-то иногородний. Насколько его знания и умения впишутся в нашу среду?», — рассказывал о своих предпочтениях врио вице-премьера еще до официального подведения итогов. Костромина, чью фамилию в качестве победителя объявят только на следующий день, он назвал «практикующим архитектором». Гольдман уверял, что юридически правительству важно сделать всё так, чтобы у главного архитектора осталась возможность для коммерческой практики. «Когда человек не практикующий архитектор, то он не развивается», — пытался убедить он журналистов.

Конфликта интересов при этом, по мнению Гольдмана, быть не должно. «Он же не один принимает решение... У него будет градсовет. Почему он свои объекты не должен выносить [на обсуждение]? Он же не имеет единственного критерия оценки: я один. Как решил — так и будет. У нас даже президент не всегда так может...», — заявил Гарри Гольдман. На этом публичная дискуссия закончилась. На следующий день пресс-служба правительства объявила вполне ожидаемую фамилию.



Текст: Алексей Щеголев
Фото:  gov39.ru, arx-project.ru, rugrad.eu




Комментарии