«Восстановить башню, если не воровать, стоит 5 млн руб.»

13 августа 2020
«Восстановить башню, если не воровать, стоит 5 млн руб.»

В начале августа губернатор Калининградской области Антон Алиханов анонсировал создание программы финансовой поддержки собственников и арендаторов исторических памятников. В частности, им пообещали кредиты со ставкой 0 % сроком на 15–20 лет. При этом 50 % тела кредита можно будет списать после проектирования и реализации работ по приспособлению, восстановлению или реконструкции объекта культурного наследия. При этом глава региона по-прежнему не теряет надежды запустить в регионе программу краудфандинга (фактически речь идет о том, что жители области будут скидываться на восстановление исторических памятников). Афиша RUGRAD.EU выяснила, зачем арендаторам фортов и замков кредиты от правительства, как они собираются их возвращать и верят ли они в краудфандинг. 



Артур Сарниц, арендатор форта № 11 «Денхофф»



Точного понимания, какая именно это будет программа, еще нет. Но чувствуется, что за всеми этими инициативами есть какая-то хорошая идея: давайте возьмемся за эти руины и приведем в порядок хоть что-то. Мы возглавляем движение (Артур Сарниц и его компаньон Валерий Щербатых организовали АНО «Фортификационное наследие Калининградской области»рим. ред.) и делаем многое в фортификационном направлении. Хотелось бы, чтобы часть этих денег пошла на форт, ему требуется ряд улучшений. Чтобы на примере этого сооружения отработать технологию и понять, как действовать с другими фортами. В области, конечно, есть такие здания… Просто сердце кровью обливается, им требуется совершенно небольшое участие. Любое здание стоит, пока работает крыша. Она работает, пока работают все ливневки (сливы и технологии дренажа вокруг дома). Зачастую нужно не так много, чтобы здание пережило свой критический момент.

Насколько я понимаю, что в рамках этой программы предлагаются серьезные списания по кредитам. Я бы на такое пошел (мы с коллегами обсуждали). Если кредит на 20 лет и реально списывается, то мы бы на это пошли. Такая идея обязывает, что ты не просто потратил деньги, а надо будет отчитываться и понимать, как это двигается. Ставка нулевая, возврат кредита 50 % — для нашей группы это интересно.

Я слышал, что некоторые хотят амбициозно взять и 300 млн руб… Мы для себя прикинули и взяли бы миллионов 50. Может быть и больше в зависимости от того, как это реально будет работать. Нужны ли будут залоги, здесь тоже не всё так однозначно… Наша идея — благодаря этим деньгам подтянуть на форт № 11 качественные сети, чтобы он начал работать.

Как возвращать эти средства? Кредит все-таки на 20 лет. Мы рады видеть туристический всплеск, который был в этом году, — это ренессанс туристического движения. Ощущалось это очень неплохо. Как это отразилось на выручке форта? Мы сводим концы с концами.



В краудфандинге мы участвуем и делаем это инкогнито. Начало неплохое, такой замер общественного мнения. Но строить экономику на том, чтобы собирать деньги со стороны, — сомневаюсь. Это такие непредсказуемые океаны. Дорога, где есть только краудфандинг, — очень сомнительна. На уровне субботников и там, где нужны небольшие деньги, — это возможно. Но за каждым проектом должна стоять какая-то экономика будущего. Заканчивается идея краудфандинга, и во что мы упираемся? Нужно, чтобы за каждым объектом был утвержден человек, который за него отвечает. Хотелось бы их отдавать в сильные руки, чтобы у людей, помимо желания, была возможность его подтвердить ответственностью.


Иван Артюх, арендатор замка Рагнит



С мой точки зрения, кредит — адекватный инструмент помощи. Подобных прецедентов раньше не было, и это мощный шаг навстречу бизнес-сообществу. Есть различные грантовые поддержки, и через грант можно погасить часть долга [по кредиту].

Наверняка, мы будем пилотным проектом в этом плане, чтобы потом остальным сказать: «Да, ребята, это делать можно, не бойтесь». Когда мы начинали, нам говорили: «А что это вы с РПЦ работаете? Разве так можно?» Можно. Почему нельзя? Там абсолютно нормальные люди работают. Сможем ли отдать долги? Считаю, что сможем. Рагнит — это единственный в России замок, который сохранил в таком состоянии именно цитадельную часть. На остальной территории России есть кремли и усадьбы, замки — только в Калининградской области. Но во всех остальных местах — даже в Тапиау и Инстербурге — остались «хорошие дома с толстыми стенами», если по-бытовому выражаться. Если говорить о цитадели боевого замка — это единственный пример. Мы это будем использовать на все 100 %.

Я не могу сказать, какой суммой кредита в рамках этой программы мы бы воспользовались. Непростой вопрос: можно сделать одно и то же за разные деньги. Оба случая будут абсолютно легальны: можно сделать реставрацию — это условно стоит миллион рублей. Можно сделать «приспособление» — с виду почти не отличается, — но сделать за 200–300 тыс. руб. Всё зависит от того, что тебе разрешат сделать. Мы пока не знаем, какие деньги возьмем, но что-то просить будем. У нас уже есть несколько продуктов, которые мы предлагаем нашим гостям. Было бы желание, можно придумать продукты, которые могли коммерчески реализовать этот объект.

Лично я не сильно верю в краудфандинг: мы попробовали — у нас не получилось. Не очень пока еще интересно историю сохранять... Может быть, мы что-то не так сделали.




Владимир Созинов, занимался восстановлением замка Бальга, в настоящий момент  арендатор замка Гросс-Вонсдорф в Правдинском районе



Я писал губернатору о том, собираются ли они восстанавливать Гросс-Вонсдорф, это на сегодняшний единственное здание, которое видело Канта и которое видел Кант. Алиханов, конечно, никак не отреагировал, но пришел ответ от министерства культуры и туризма (за подписью якобы Ермака), очень короткий: «Здравствуйте, восстановление башни замка Гросс-Вонсдорф не планируется». Вот вам и вся политика по поводу всего этого наследия. Еще такой пример: в поселке Дружба открываю музей, в котором Антон Андреевич был год назад. Хотел чем-то помочь, но тут же забыл. Моя супруга хотела зарегистрироваться как самозанятая, они анонсировали программу для всех тех, кто с 1 июля пойдет самозанятым. Вчера она была там, а ей сказали, что программа уже закрыта, она длилась ровно месяц… Тоже самое будет и с этой программой [помощи арендаторам]. Я просто провел параллель.

Я не верю, что благодаря этой программе арендаторы исторических объектов смогут получить реальную помощь. Зная бюрократизм нашей службы охраны памятников, которая цепляется за каждую буковку и бумажку, ничего не будет. У меня интересная башня, она недорого стоит. Для того чтобы ее восстановить, если не воровать, нужно 5 млн руб. Это ничто. Но если я выеду с этой башни, где я фактически сейчас проживаю, то меня обложат таким количеством неподъемных условий: лицензированная организация, проект и прочее, прочее…

Так же, как было с замком Бальга: сначала [меня] выгнали, а потом была программа «Аренда за рубль». Там ни одной конкурсной заявки не подалось. Во-первых, там надо было более 2 млн руб. на депозит положить на все эти годы, потом создать за свои деньги проект, а потом памятник реконструировать (тоже за свои деньги). Так же и здесь: если бы мне как человеку заинтересованному сказали, что не просто получи кредит (который, может быть, мы тебе рефинансируем), а давай мы тебе выделим организацию, которая сделает проект, которая возьмет потом (как лицензированная) этот проект на подряд, а ты будешь ответственным за это лицом. Просто пообещать денег, а потом обложить все это непомерным количеством условий, чтобы их получить, — это нереально.



На башне Гросс Вонсдорф можно сделать хорошую легенду — летнюю тропу Канта и прочее. Но тут людей бывает 2 человека в месяц, это никому не надо. Потому что никакой инфраструктуры нет. Этот как домик в Веселовке, который сначала достроили , а потом перекидывали с баланса на баланс. Потому что финансирование под него не открыли: вы возьмете объект, а потом начинаете его содержать. А зачем, если он вообще ничего не приносит?  Коммуналка каждый день идет. Я сам за всё плачу, причем мне посчитали 6 руб. за киловатт: меня посчитали не физическим лицом, а юридическим, так как это не жилой дом, а руины, и влепили мне самый большой коэффициент.

Ни один из таких объектов не даст коммерческих успехов. Сделать туристическую функцию в замке? Это ерунда. Я восстановил дом смотрителя канала в Дружбе, потратил около 2 млн руб. Я просто потратил свои деньги. Надо иметь другой источник доходов, а сам объект не даст даже 50 % возврата. Вы знаете историю замка Прейсиш-Эйлау, они пытались его продать, но тендер не состоялся, потому что ни одной заявки не было. 9,5 млн руб. — это стоимость хорошей трехкомнатной квартиры, а там несколько тысяч квадратных метров. Но, купив за 9 млн руб., надо вложить 90. А они никогда не окупятся (приватизация Прейсиш-Эйлау в 2020 году не состоялась. — Прим. ред.). Ни один из проектов не будет рентабельным. Должен быть какой-то меценат.



Андрей Горохов, меценат, занимается проектом исторического парка в Багратионовске и проектами в Черняховске



Вектор движения, безусловно, правильный, историческое наследие региона — наш несомненный актив, оно используется не в полной мере. Но я считаю, что этот инструмент хорошо бы дополнить другими (возможно, с подключением федеральных ресурсов). Если привлекать бизнес, нужно понимать, что он будет заходить на те вещи, которые дают прибыль, по крайней мере, дают возможность окупить вложения. Во многих исторических проектах вложения достаточно велики. Ссуды, пусть и беспроцентной, может оказаться недостаточно, чтобы стимулировать бизнес к инвестициям в историческую инфраструктуру, к обустройству исторического парка на месте легендарного сражения, строительству музея и т. д. Если только бизнес не хочет работать себе в убыток и заниматься чистой благотворительностью. Так что я бы видел в качестве мер поддержки компенсацию части инвестиционных затрат. В том числе через инструмент частно-государственного партнерства. Большие проекты одному бизнесу не потянуть, а реновация исторического наследия — это, конечно, мегапроект.

У нас есть несколько инициатив, связанных с Багратионовским и Черняховским районами, где мы с местным руководством при поддержке области делаем некоторые исторические проекты. Там прекрасно показал себя механизм адресной выплаты налога на дивиденды: область направляет в муниципалитет свою часть налога под целевую задачу, например, под реконструкцию исторической улицы, благоустройство старого парка и т. п. В этом году мы с бизнес-партнерами выплатим в регионе где-то 400 млн руб. налога на дивиденды, в прошлом перечислили 200 млн руб. Часть этих денег пошла и пойдет на сохранение и продвижение исторического наследия Калининградской области.



Я уверен, что у наших исторических объектов огромный экономический, коммерческий потенциал, даже с точки зрения туризма. Но бизнес не будет работать без окупаемости. Пусть даже она вырисовывается в долгом горизонте, через 7–10 лет. Речь идет о стратегических, инфраструктурных инвестициях, которые принесут пользу всем, и региону, бизнесу, и простым жителям. Бизнес здесь должен работать вместе с государством.



Надежда Сорокина, арендатор замка Вальдау



Инструменты помощи лишними не будут. Я еще не ознакомлена с условиями программы, но мое лично мнение, что тот, кто решился заниматься объектом культурного наследия, изначально понимает всю утопию этой мысли. По поводу кредитов: лето этого года показало, что наши объекты востребованы, но имеют очень много недоработок. В отношении санитарии, парковок и самого состояния. Те, кто увлечен сохранением объектов культурного наследия, пойдут на любые меры, лишь бы только увидеть, как они восстанавливаются и начинают жить. Главное — сделать сейчас, а не после того, как всё взвесят за и против, хорошо это или плохо. Время покажет, правильно это или нет.

Мы бы взяли в качестве кредита на Вальдау 30 млн руб. — это та сумма, которая позволит сделать объект более привлекательным. Эти средства — это как минимум привести внешний вид замка в порядок: поменять пластиковые и выбитые окна. 30 млн руб. [для этих целей] — это минимальный объем с учетом того, что деньги придется возвращать.

Хороший вопрос, за счет чего можно изыскать средства, что вернуть кредит. Мы сопоставили наш опыт за 4 года жизни в Калининграде и спрос на Вальдау. Решение пришло с пандемией: услуга «хозяин замка на час» стала востребованной, и никто не отменяет наш фестиваль спаржи. Сейчас я готовлю материалы для благотворительного концерта. Благотворительный концерт — это начало проведения в замке событийных мероприятий (Сорокина считает, что арендаторы смогут получать за их счет доход, чтобы вернуть кредит. — Прим. ред.). В замке Вальдау на всех этажах будет устроен «средневековый экспериментариум»: как хозяин замка жил до изобретения электричества, у нас планируются съемки сериала.



Я всегда смотрю позитивно на всё, что больше нуля: под лежачий камень вода не течет. Если объекты начинают жить, то, естественно, власти на это обращают внимание. Хотят они или нет, но всё равно такие программы придется делать. Все же взрослые люди: они видят, какой туристический поток хлынул в этом году в Калининградскую область. Побережье с ним не справляется, а наличие таких мест, как замки, пивоварни и сплавы на байдарках, дает большую программу для наших туристов, а не только лежать баклажаном на пляже.


Текст: Алексей Щеголев
Фото: prussia39.ru, RUGRAD.EU







Комментарии