«С пушками, но без денег»: сколько нужно миллионов, чтобы сохранить форт № 5

16 Сентября 2015
] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>";

Афиша RUGRAD.EU продолжает свой проект, посвящённый общественным зонам и историко-культурным пространствам Калининграда. В прошлом месяце в региональной общественной палате прошло заседание, на котором обсуждалась судьба фортификационных сооружений области. Отличился тогда министр туризма Андрей Ермак, который успел сделать достаточно радикальное заявление: «Форт № 5 — одно из самых знаковых фортификационных сооружений области — разрушается. Через 1,5 года туда нельзя будет водить никакие экскурсии, только показывать туристам сверху». Афиша RUGRAD.EU решила разобраться, в каком состоянии сейчас находится этот культурный объект и что мешает ему развиваться.


«Нам хватило бы и нескольких десятков миллионов»

В Калининградском историко-художественном музее (с 2010 года форт № 5 является его филиалом) к словам министра относятся без особой теплоты. «Он не то, чтобы сгустил краски, — комментирует директор культурного учреждения Сергей Якимов. — Просто не надо бросаться такими фразами. Ему легко сказать: ''Форт будет закрыт''. Он нам ничем реально помочь не может. Он скажет: ''Это вообще не моё!'' А навредить, бросить тень, что, вот, видите, его закроют скоро... Любой человек, который его фразу прочитает, скажет: ''Не пойду я туда. Мало ли чего там случится''. Порой такая фраза является неконструктивной. Другое дело, если бы он сказал: ''Да, в форту проблемы, но Минтуризма будет делать то-то и то-то''. Средства для вложения у них есть, но они же не предлагают...».

Якимов напирает на то, что все фортификационные сооружения области, если ими не заниматься, через 1,5–2 года могут дойти до такого состояния, что никого нельзя будет пускать внутрь них. Форт № 5 в этом списке как раз является исключением. Потому что «им занимаются».

На обсуждениях в общественной палате звучала цифра в 3 млн руб. Именно в такую сумму обходится налогоплательщикам ежегодно содержание форта № 5. Якимов, впрочем, признаётся, что на содержание самого музея у руководства остаётся куда меньшая сумма. Большая часть из этих трёх миллионов уходит на зарплаты сотрудников и налоги. На сам форт остаётся порядка 200–300 тысяч. первая.jpgПо словам Сергея Якимова, деньги эти идут на «превентивные меры». «Мы создаём систему безопасности для посетителей, но это, конечно, не глобальные вопросы реставрации. Это другие деньги», — делится он. «Мы постоянно наваливаем очередные сетки, закрываем места для открытого посещения», — говорит директор. По его словам, музейщики сейчас находятся на форту в «оборонительном» состоянии.

Как вспоминает директор историко-художественного музея, когда-то дело пытались сдвинуть с мёртвой точки. Было дано задание: разработать проектно-сметную документацию. Но средств у историко-художественного музея не хватило даже на неё. «К сожалению, эта история сдвинулась в дальний угол», — признаётся Якимов, замечая, что работы на объекте идут каждый год, но речь не о «глобальной реконструкции». Только на первый её этап историко-художественному музею потребовалось бы порядка 7 млн руб. «Мы хотели на этом этапе огородить территорию. Для нас проблема не только сам форт, но и сохранность территории. Периодически у нас вырубают деревья, пушки постоянно разрисовывают», — поясняет Якимов. В этот же первый этап музей хотел включить работы по укреплению подпорной стены форта и очистку рва.

Про второй этап реконструкции директор музея говорит осторожно. «Можно сказать, что и миллиарды какие-то. Но хватило бы и нескольких десятков миллионов», — отмечает он.


«Штирлиц вспомнил свою миссию»

Внешний вид фортификационного сооружения, куда, как утверждают рекламные плакаты, «ведут все дороги», пока не наводит на мысль о том, что оно вот-вот должно рухнуть. Длинная дорога от автомобильной трассы выводит к барельефу памяти советским воинам. Через несколько метров открывается вид на некогда грозное фортификационное сооружение. Пробоины в некоторых стенах сохранены, как кажется, в качестве музейного объекта. Но это скорее дань героическому прошлому.

«Где не идут разрушительные процессы? Они везде идут. Ничего тут удивительного: это естественный процесс. Они идут, шли и будут», — комментирует состояние объекта Сергей Якимов, больше всего переживая за осыпание кирпича. Зимой форт промерзает, а потом из-за влаги, пропитавшей кирпич, сотрудники каждый раз находят новые отслоения. «Нарушена вся гидроизоляция, нарушен верхний земельный слой. Это серьёзная для нас ситуация», — поясняет он.

То, что форт № 5 — это «место славы русского оружия», становится понятно сразу: по периметру форта расставлены артиллерийские орудия. пушка.jpgТе, что возле входа, имеют более презентабельный вид. Но на остальных краска уже облупилась.

К форту на небольшом микроавтобусе подвозят группу туристов. Экскурсовод, активно жестикулируя, рассказывает о том, что и когда на объекте взрывали. С посетителями в этом году вообще всё очень неплохо. Трафик увеличивается. Если в прошлом году музей посетили где-то около 51 тыс. человек, то за 2015 год здесь отметилось уже около 60 тыс. человек. Сергей Якимов говорит, что изменения трафика пошли в позитивную сторону после того, как отдельным категориям граждан России запретили выезд за рубеж. В результате приток туристов из России увеличился. Правда, директор тут же признаётся, что если количество туристов на объекте и выросло, то их национальный состав не сильно поменялся. «Иностранные туристы нас не посещают. Какой у нас иностранный турист? Это были в основном немцы. А для них история их поражений — нервная», — рассказывает он.

Около главного входа в музей стоит одинокий фонарь. Дальше расположен небольшой столик, на котором лежат две строительные каски и журнал отзывов. «Штирлиц вспомнил миссию. Немцев нет! Ура! Ура! Ура! А так форт великолепен», — выведено аккуратным почерком. В небольшой нише в стене — пробитая в нескольких местах каска и искусственные цветы.

Практически всё свое свободное пространство, которое можно использовать, в музее отдано под экспозиции. плакаты.jpgУстроены они примерно таким же образом, как и в «Бункере», подведомственном историко-художественному музею. Минимум интерактива, максимум информационных плакатов и табличек с сухой статистикой. При этом в казематах форта выставлены экспозиции, которые идеологически между собой никак не связаны и на совершенно разную тематику. То есть это могут быть какие-то элементы быта кёнигсбержцев в конце ХIХ – начале XX века, истории о нацистской оккупации и антифашистском сопротивлении в самой Германии, здесь же артефакты времён Первой мировой войны и список героев Советского Союза, получивших эту награду за штурм форта № 5. К слову, на этой же экспозиции можно увидеть фотографии фортификационного сооружения сразу после штурма. В одной из стен зияет огромная пробоина, которой сейчас уже нет.

Внутри музея достаточно много помещений, которые огорожены от слишком любопытных посетителей, и если кто-нибудь умудрится заблудиться среди немногочисленных поворотов, то он рано или поздно упрётся в тупик. Ходы в некоторые из казематов завалены или замурованы практически до потолка кирпичами.


«Предсказание может сбыться»

Определённым решением проблем форта № 5 могла бы быть схема частно-государственного партнёрства по примеру форта № 11. Архитектор Артур Сарниц, получивший этот объект в аренду, сейчас из кожи вон лезет, чтобы вдохнуть жизнь в фортификационное сооружение, так долго простоявшее без дела. Он пытается собирать на объекте реконструкторов, говорит о хостеле, точках общепита и потоках туристов. Проблема тут в том, что форт № 5 уже успел побывать в руках частных инвесторов, и опыт этот всеми расценивается как негативный. «Примерно такая же история, как с фортом № 11, — комментирует директор историко-художественного музея. — Посмотрим, что там через лет 5 будет. Тут такие же были серьёзные бизнесмены. В результате они его завалили мусором и кинули государству. Государство недолго размышляло, кто мусор уберёт. Решило, что это историко-художественный музей сделает». Директор вспоминает про 17 грузовиков мусора, который пришлось вывезти.

Якимов отмечает, что точкам общепита они были бы «рады», и это «входит в уставную деятельность», но никаких предложений от бизнеса сейчас нет. «Максимум, когда проходят реконструкции, тогда какая-то быстрая еда: бутерброды, кофе. А на долгосрочный период... Видите, у нас поток туристов на осенне-зимний период резко сокращается. Любое кафе там будет убыточным», — признаётся он.

Хостел себе историко-художественный музей позволить не может, так как это не входит в уставную деятельность. каска.jpgКроме того, есть идеологические причины. «Вы поймите, на форту № 11 это можно. А здесь — место воинской славы. Представьте, хостел, где будут пить пиво и бренчать чего-то. А тут память. И память многонациональная», — говорит директор, намекая на репутационные издержки, которые может понести культурное учреждение.

В возможность перехода форта № 5 в федеральную собственность директор тоже не верит. «Кто его возьмёт?» — удивляется он, замечая, что сложности с государственным финансированием сейчас будут испытывать все. А переход объекта в федеральную собственность, по его мнению, ничего не даст. Фактически музейный комплекс и так является памятником федерального значения. А это, как замечает Якимов, «очень высокий статус».

В настоящий момент историко-художественный музей продолжает работы по реконструкции своего главного здания (Якимов говорит о том, что сейчас осваивается сумма порядка 170 млн руб.), заканчивает ремонт ещё одного своего филиала — музея Донелайтиса — и ждёт решения по созданию так называемой резиденции Канта в посёлке Веселовка. «Вы представьте: там 100 миллионов, там 160 миллионов, там 5 миллионов, и ещё на форт дайте 100 миллионов. Это невозможно», — говорит Якимов.

Никаких «прорывов» в своей борьбе за сохранность форта сотрудники музея не ждут, надеясь, что, несмотря на кризис, финансирование им оставят хотя бы на том же уровне. На вопрос, сколько ещё времени удастся поддерживать форт в пригодном состоянии при таких финансовых раскладах, Якимов честно отвечает: «Не знаю». «Отступать по большому счёту нельзя. У нас нет такого объекта воинской славы», — поясняет он. Никакого тупика, по мнению директора, в этой ситуации нет. Просто у Минкульта постоянно появляются новые приоритеты, которые нужно решать в первую очередь. Последним был театр эстрады в Светлогорске, и все свободные ресурсы были брошены на этот объект. «Сейчас, как я знаю, стоит задача, как использовать башню ''Врангель''. Мы подали своё предложение, другие музеи тоже. Решение будет за губернатором. Если появится решение, то, значит, туда надо какие-то первичные средства вложить», — говорит директор.

Несмотря на конкурентный поток, Сергей Якимов выражает оптимизм: он уверен, что когда-нибудь в списке приоритетных объектов должен появиться и форт № 5. «Иначе предсказание министра может сбыться...», — осторожно замечает он.


Текст: Алексей Щеголев
Фото: Юлия Власова





Комментарии