«Губернатор на войне»: как прошел фестиваль «Гумбинненское сражение»

23 Августа 2015
] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>";

Военно-исторический фестиваль «Гумбинненское сражение», безусловно, стал одним из самых массовых и запоминающихся мероприятий в прошлом году.  Высокий гость министр культуры РФ Владимир Мединский  —  тогда говорил, что на мероприятие собралось «не 10 и не 15 тысяч» зрителей. Потом уже эти «не 10 и не 15 тысяч» превратились в оценках чиновников во все 70–80 тысяч человек. Впрочем, не было никакой уверенности, что в этот раз мероприятие повторит свой прошлогодний успех. Во-первых, провалился военно-исторический фестиваль «Защитники Отечества».  Это наводило на мысли о том, что калининградской публике, может быть, уже приелись исторические реконструкции (их за последний год было действительно много).  Во-вторых, в прошлом году за команду сыграл ряд случайных факторов. То есть все понимали, что приближается столетний юбилей начала Первой мировой войны, а Калининградская область — единственный регион РФ, где тогда велись боевые действия. В результате к истории с фестивалем появился федеральный интерес, и, собственно, благодаря этому Мединский и прилетел. Афиша RUGRAD.EU отправилась в посёлок Лермонтово под Гусев, чтобы выяснить, что произошло за год с одним из самых массовых мероприятий.   

«Цуканов за 250 рублей»
 
Владимир Мединский в этот раз не прилетел. Вместо него в списке гостей его заместитель – Александр Журавский. Вместо Первой мировой войны и боевых гимнов о том, как чудесно умереть на поле боя за веру, царя и Отечество, теперь Великая Отечественная война. Там тоже было своё Гумбинненское сражение — первая, по сути, попыткам советского командования разгромить восточно-прусскую группировку. В остальном всё осталось на достаточно высоком уровне: в постановочном сражении приняло участие около 300 реконструкторов, кроме того, впервые тут планировалось задействовать самоходные машины.

Фестиваль «Гумбиннеское сражение» устроен достаточно просто. В качестве аналогии тут можно вспомнить рок-фестивали десятилетней давности на аэродроме Девау. Или просто обозвать всё это «калининградским аналогом фестиваля "Нашествия"»: есть огромная площадь, перед той зоной, где должна проходить битва, установили трибуну. Но это только для каких-то особых гостей. Основная масса публики будет наблюдать за сражением со склонов. Чтобы обустроить себе комфортный наблюдательный пункт, каждый работает в силу своей фантазии. Кто-то, к примеру, подумал о шезлонгах, кто-то ограничился стандартными пледами.
 
На поле разбит достаточно большой ярмарочный городок. Организован он по принципу «доброму вору всё впору». Есть буквально всё: от китайских игрушечных автоматов до съестного. Первое, на что здесь натыкаешься, это торговый павильон с «достопримечательностями города Гусева». Среди этих «достопримечательностей» нашлось место и врио губернатора Николаю Цуканову (политическая родина всё-таки).  На прилавках лежат шоколадки увесистого размера. На лицевой стороне большие фотографии главы региона, а на заднике можно прочитать его биографию. Стоит «шоколадный Цуканов» всего 250 рублей. Попытка пошутить над продавщицей, дескать, почему так низко ценят губернатора, терпит фиаско. «Должен же он быть ближе к народу», — отрезает она.
 
Точек общепита на фестивале много. Организаторы явно рассчитывали на повторение прошлогоднего успеха и основательно подготовились. Можно, конечно, сказать, что ассортимент относительно небогатый. В основном это выпечка, плов, шашлыки, пиво и что-то ещё такое же нехитрое. Впрочем, здесь разнообразия и не требуется. «Гумбинненское сражение» — это всё-таки не гастрономический фестиваль, и местную публику не напугаешь чебуреками, плавающими в литрах кипящего масла. Скумбрия по 200 рублей за одну небольшую рыбку выглядит, наверное, чуть более пугающе. Но и на этот товар свой потребитель найдётся. Впрочем, если проявить терпение, то можно наткнуться на каких-то бабушек, которые торгуют «своим, домашним». В ход идут бутерброды, ягодные напитки и даже что-то алкогольное.
 
Помимо ярмарочной зоны, на фестивале есть ещё интерактивные площадки. Цель у них простая: сделать так, чтобы зрителям было, чем заняться до начала реконструкции: здесь можно сфотографироваться с медсестрой, сказать что-то в большой армейский телефон (и, может быть, тебе там даже что-то ответят). Рядом работает миномётный расчёт. «Одну мину зарядить!» — командует молодой человек в красноармейской форме и очках. «Заряжено!» — рапортуют ему в ответ. Выстрел глушит все разговоры, из орудия идёт дым. Правда, куда делась мина, и вылетела ли она вообще — не очень понятно.
 
Неподалеку от миномётчиков другой реконструктор, рассевшись около пушки, рассказывает, что его орудие в Красной армии называли «бобёр». «Видимо, за короткий силуэт», — предполагает он.
 
Помимо этих самодельных узлов связи, госпиталей и шоу от миномётчиков, есть на фестивале и развлечения для детей: батуты. «Никакой войны не будет, пока на батуте не покатаетесь», — тащит к аттракциону какая-то женщина детей.

Публики на фестивале не мало. Но всё-таки повторить прошлогодний рекорд, как кажется, организаторам не удалось. Как и на всех мероприятиях патриотической направленности, здесь много мужчин в майках с портретами Владимира Путина, «вежливых людей» и просто с какими-то грозными принтами в духе «Русский медведь своей тайги не отдаст». Впрочем, губернаторская кампания наложила свой отпечаток, и национального лидера неожиданно появился конкурент в лице Николая Цуканова. Сложно сосчитать кого здесь больше: людей, у которых на животе портрет действующего президента или людей с портретами Цуканова.
 
Единственные, кто выглядит на фестивале несчастными, — это солдаты-срочники. Их сгоняют в оцепление по периметру всего поля (а он не маленький). Солдаты растягиваются в длинную шеренгу, но координация хромает. Приказы старшего солдаты просто передают из начала в конец строя, из-за чего, порой, возникает путаница. «Семечки не щелкаем! Не харкаемся! — начинает первый. «Семечки не щелкаем! Не харкаемся», — грустно разносится над всем полем в ответ.


«Отцы и дети»

Наконец на фестивале появляется сам Николай Цуканов вместе с Журавским и небольшой свитой (в этот раз туда вошли глава Гусева Евгений Михайлов, министр культуры Светлана Кондратьева, помощник главы региона и представители оргкомитета). Их компания надолго останавливается возле стенда с фотографиями периода Великой Отечественной войны. Цуканов и Журавский о чем-то спорят. Судя по всему, о том, постановочные это кадры или нет. Потом их зовут к стенду с пулемётом. Тут Светлана Кондратьева подзывает к губернатору одного из реконструкторов. Тому явно надо передать врио губернатора какую-то просьбу. «У него еще и броневик есть», — доверительно сообщают губернатору. «Броневик ваш?» — интересуется глава региона. Потом быстро выясняется, что у мужчины не только броневик, а целый «дом-музей».  Проблема одна: непонятно, где держать все это историческое богатство. «Берите форт! Любой!» — оказывается неожиданно щедрым Цуканов. Потом глава региона старательно записывает номер реконструктора и даже делает ему дозвон, чтобы у него остался его номер (диктовать свой номер в присутствии журналистов Цуканов благоразумно не стал).

Потом появляется маленький сын Цуканова. Довольный отец возится с ним, учит держать ППШ. «Как мужик держи! Что ты как девочка? Па-па-па-па!» — даёт отпрыску советы Цуканов. Впрочем, повозиться вдоволь с сыном ему не дают. Надо идти на пресс-подход. Там Цуканову зададут ожидаемый вопрос о том, сможет ли «Гумбинненское сражение» стать визитной карточкой региона в плане туризма. А губернатор отметит, что «уже стал», а людей «несколько меньше, потому что хорошая погода, и часть людей уехала на море. Впрочем, со ссылкой на данные организаторов, глава региона скажет, что на поле собралось порядка 10–12 тысяч человек. На этом его приключения на фестивале закончатся.


«Война и мельница»

На поле для реконструкции стоят два небольших домика. Чуть вдалеке виднеется мельница. Вспоминая опыт прошлогоднего фестиваля, понимаешь, что все эти тщательно отстроенные декорации ближе к финалу спалят. Но пока вокруг домиков мирно толпятся реконструкторы в форме солдат Вермахта. Диктор зачитывает в микрофон статистические данные: сколько живой силы было задействовано, кто чего взял и кто когда отступил, а также как отчаявшиеся немцы превращали вот такие милые домики в неприступные рубежи обороны. Прямо под этот не предвещающий беды голос диктора немцев и накроет атака советских войск.  Притом зайдут красные сразу с козырей: в атаке будут участвовать автомобили, оснащённые пулеметами.
 
Дальше на поле будет твориться форменный хаос. Но хаос красочный и, что интересно, хаос тщательно и до мелочей отрепетированный. То есть со стороны кажется, что никакой систем нет: из-за пулеметного и минометного грохота ничего не слышно, всюду вечно что-то взрывается. Сначала советские войска занимают деревню, а немцы отступают к мельнице. Потом Вермахт вызывает артиллерию, а наши отступают. Потом, усиленные бронетехникой (легкий танк Т-70), они снова эту деревню возьмут, и никто даже не заметит, что битва близится к финалу, а немецкий танк дымит чем-то черным, и дым ползет за горизонт.  При этом, несмотря на внешнюю неразбериху, действия реконструкторов подчиняются тайному сценарию, написанному заранее. То есть все понимают, кто какое место должен занять, и даже войска Вермахта, несмотря на отчаянное сопротивление, знают, что для них все закончится горящим танком.
 
В этот раз организаторы обошлись без каких-то ходульных и натянутых приёмов в сюжете. В прошлый раз им надо было обязательно показать немецкую подлость: солдаты тогда гнали русских пленных прямо на пулемёт. Но если в отечественной исторической науке отношение к Первой мировой войне достаточно часто менялось (при Союзе это была «империалистическая бойня», а сейчас вспоминают и про прорыв генерала Брусилова, и про атаку мертвецов), то к Великой Отечественной отношение всегда было однозначное. Так что каких-то дополнительных приёмов для демонизации противника уже не требуется. Советские солдаты бегут к мельнице, давя последние очаги сопротивления. Пошатывающихся раненых заботливо уводят в сторону. «Санитара! Санитара!» — разносится над полем. «Мы победили! Слава русским воинам», — подводит итог диктор. Зрители отвечают ему зычным криком «ура!», и в этой победной суматохе никто так и не заметит, что красивую мельницу всё-таки не сожгли.  


Текст: Алексей Щеголев
Фото: Юлия Власова




Комментарии