“Где они теперь”: recordSleep, Dr.Gonzo и The 4Colours вспоминают о временах былой славы

20 Января 2014
“Где они теперь”: recordSleep, Dr.Gonzo и The 4Colours вспоминают о временах былой славы


recordSleep

f0f24d8100a46952cbd9f52e76005ecc.jpg

Калининградский инди-рок проект, который успел застать, как времена расцвета местной инди-сцены, так и пережить их. Несмотря на то, что в марте группе исполнится уже 7 лет, свой дебютный альбом Holy Beauty recordSleep записали только в прошлом году. Поначалу группа начинала с немного «грязного» гитарного звука, но ближе к первой пластинке обзавелась клавишами, так что процент электроники в песнях recordSleep существенно вырос да и лирическая нотка в некоторых треках зазвучала куда отчетливей. По качеству записи Holy Beauty (несмотря на то, что альбом писался в Калининграде) сложно отличить, практически, от любой отечественной инди-группы. Пластинка даже попала в дайджест самой интересной русской музыки по версии портала Colta.ru. Впрочем, на судьбе самих recordSleep такой успех пока особо не сказался. Более того, почти сразу после того как альбом был закончен, вокалист recordSleep Артем Церковный уехал в Москву и теперь группа может ощутить все прелести существования на два города.

Артем Церковный, recordSleep

HqbL6v-tvt0.jpgМы поначалу совсем другую музыку играли - такой гаражный инди. Сначала это было просто для души, но все молодые хотят какой-то известности. Сейчас, я могу по-другому уже рассуждать. Ты можешь что-то делать, у тебя может что-то получатся, а что-то нет... Но изначально, конечно, хотелось девочек и всего такого.

Костяк публики у группы сложился достаточно быстро. Изначально это была компания наших друзей, которая потом немного обросла, когда мы стали более профессиональной командой. Первый концерт у нас был на «Вагонке» Это было New Rock Revolution. Плюс, мы сразу же потом поехали в Петербург в клуб «Мод». Это было круто для группы, тем более из Калининграда. Первый концерт у нас лучше, чем третий. Это был один из запоминающихся концертов. Было очень круто, много людей... Группа Okolokakao в Питере в тот момент уже отыграла какой-то сет. Они мне оставили контакты арт-директора, и мы туда поехали. В Питере концерт хорошо прошел, но там было мало людей. Это понятно, неизвестная группа приехала. Не то, чтобы после первого концерта у нас известность увеличилась... Просто мы стали понимать, что «мы могем».


«Изначально нам хотелось девочек и всего такого»


На тот момент я вообще на это дело большие планы возлагал. Гораздо больше, чем сейчас. Мы достигли большего, чем я думал поначалу, по потенциалу и профессионализму. Но в том контексте, какая музыка у нас в России нужна... Не то чтобы мы не у дел оказались... Просто это не особо нужно в России. Здесь нужна либо какая-то непричесанная хипстота или русский рок.

В Калининграде у нас очень много концертов было. Мы переиграли во всех клубах. «Вагонка» поначалу была хорошим клубом, а потом сдулась. Не знаю, что там сейчас происходит. Об этом все знают... Сначала — это был культовый клуб, а сейчас он превратился в тинейджерское, мейнстримовое место. В «голубом» клубе «Амстердам» было неплохо играть, кстати.

Необычный концерт был, когда на Музейной ночи мы в художественной галерее играли. Там был крутой концерт. Я не могу сказать, что я человек тусовки «Божьей коровии», но концерт там был крутой. Мы играли ночью, было много людей. Я еще удивился, что нас там так прочувствовали, ведь мы не мейнстримовая для них группа. Народ очень хорошо нас воспринимал.


«Вагонка» поначалу была хорошим клубом, а потом сдулась»


Все растут. Я стал слушать другую музыку. Я стал слушать много электроники и мало того, что я слушал до этого — всякого шугейза. Мы стали больше проэлектронными. Наш клавишник сделал авторскую раздачу альбом Holy Beauty и за 2 недели там было весомое количество скачиваний, что очень хорошо для команды, которая неизвестна и в которую вообще не вкладывалось никаких средств по пиару. Люди просто слушали и качали. Мне писали потом разные товарищи, в принципе, даже много людей, но без каких-то конкретных предложений. «Спасибо, что вы есть!».

Все концерты делаются по такому принципу, не то, что тебя куда-то зовут, а ты ищешь контакт. А мы в этом плане были вялые. Разве что, в Швецию мы по приглашению ездили. Мы живем в другом городе, это не Россия. Ребятам сесть в самолет и долететь до места концерта — это финансово большие вложения.


«Разочарование у меня есть от того, что я не получил того, что хотел, в чем я был уверен»


Люди злорадствуют на тему, что группа распалась, но это все не так. Я понимаю, что без меня она существовать не может, а я сейчас удаленно нахожусь... Пока я здесь, а они там находятся, мы выжидаем какой-то момент. Но, конечно, мы будем играть дальше.

Последний год в Москве я своей музыкой, практически, не занимаюсь. Но нельзя говорить, что recordSleep распались, в любой момент мы можем собраться. Это все ребята знают, точку никто не ставил. Ребята поначалу очень активно звали меня назад, говорили: «Не занимайся ерундой!». Но мне нужно этот путь пройти.

Разочарование у меня есть от того, что я не получил того, что хотел, в чем я был уверен. Но я сейчас я об этом не сильно думаю. Поначалу я думал, что я приеду и прям все нас полюбят и с руками заберут. Но никто тебя просто так не найдет и если ты не ищешь (а мы никого не искали) , то ничего не будет.


Dr.Gonzo

z_948c9f88.jpg

Самая, в хорошем смысле этого слова, «сумасшедшая» и «безумная» группа Калининграда, долгое время с названием, отсылающим к «Страху и отвращению» Хантера Томпсона, а звучанием – к «Твин Пиксу» Дэвида Линча и Анджело Бадаламенти. Долгое время играли исключительно инструментальную музыку, где хватало с избытком и пост-рока и джазовых психоделических, музыкальных дебрей. В лучшие времена на сцену могли вывалить сразу 10 музыкантов и начать играть, на первый взгляд, какую-то безумную какофонию с саксофоном, гитарами и мощной примесью этники вдобавок. Dr.Gonzo одна из немногих калининградских групп, которая могла забить на свой сольный концерт площадку уровня ДКЖ. Кроме того, в архиве группы несколько концертов за рубежом. Впоследствии, группа начала экспериментировать с вокалистами, что вызвало не самую однозначную реакцию со стороны поклонников. Кроме того, бас-гитарист Dr.Gonzo Евгений Ефимов и гитарист Дмитрий Стекольников с 2011 года стали играть в группе «Веды», которая куда больше напоминала вполне себе кондовый русский рок, с мотивами из ДДТ образца начала девяностых. Дмитрий Стекольников даже перебрался с группой «Веды» в Москву, после чего, в официальном паблике Dr.Gonzo появилось сообщение, что группа «находится в творческом отпуске».


Дмитрий Стекольников, Dr.Gonzo

940c67b12224c9ae65ece35d199f5121.JPGМы собрались летом 2006 года. Начали играть в трио (гитара, бас, ударные). Первоначально играли инструментальную музыку (немного фанка, немного джаза, немного латино), в общем, кто где чего нахватался. Фантазировали, как на душу положит. Название Dr.Gonzo подсказал нам близкий друг. У нас в то время была довольно большая команда единомышленников, не только музыканты. Просто близкие люди и наше мироощущение было схоже (нам так казалось) с персонажами Хантера С. Томпсона. Короче говоря, между всеми нами была какая-то единая атмосфера, а наша музыка была просто ее отражением.


«Мы двигались интуитивно»


Музыкальные ориентиры у нас, безусловно, были. При чем у всех разные, особенно когда наш состав разросся до 6 участников( добавился саксофон, флейта и вокал). Могу выделить особо влияние Яна Гарбарека (джазовый саксофонист и композитор – прим.ред.). Подход Гарбарека к построению композиций нам очень нравился... Также TOOL (времен Lateralus), поздний Radiohead, Massive Attack, Mulatu Astatke, Portishead , «АукцЫон», Morphine… А на самом деле даже намного больше имен. Именно из-за многообразия влияний определенного стиля у нас не сформировалось, да и не было задачи никогда такой. Мы скорее двигались интуитивно, сами определяли форму и содержание своих композиций. Это был путь нашего общего компромисса внутри группы, и пока он был возможен, мы существовали в своем расширенном варианте. Может и бывало, что некоторая публика и разные организаторы к нам как-то странновато относились, нас это не напрягало. Мы чувствовали единение на сцене и видели участие и поддержку многих людей. Это было главное. Dr. Gonzo тогда был близок к стилю фьюжн-джаз-рок.

Первый наш концерт проходил летом 2006 года в Светлогорске, на открытой сцене, на территории бывшего стадиона. Его нам организовали наши друзья из группы "Есть Настроение". Подобные концерты переродились потом в фестиваль "Лес", на котором мы часто и с радостью играли. Зрителей было немного, но интерес мы точно вызвали, люди много улыбались. Крупный сольный концерт, по меркам Калининграда, у нас был в ДКЖ в 2009 году. Он был организован, в основном, стараниями нашего бывшего саксофониста. Были подключены актеры «Другого Театра». Мы играли 2 отделения. Старались, короче говоря. Были сольники в Карлсхамне в 2009, Варшаве в 2010 , Берлине в 2011, 2012 . Получали европейский опыт.


«Зарабатывать собственной музыкой в Калининграде проблематично»


Думаю, что костяк публики у нас быстро сложился. Были люди, которые часто ходили на наши выступления, помогали нам устраивать сценические представления. За что им огромное спасибо. Но зарабатывать собственной музыкой, как мне кажется, в Калининграде проблематично.

Самый лучший и знаковый концерт у нас был в клубе Zapata в Берлине. Нас прекрасно встретили. Публика очень удивилась, что мы из России. Он был необычен тем, что все прошло чудесно. Концерты в Берлине нам организовывал фестиваль Emergenzia, благодаря тому, что мы два года подряд там были призерами. В Швецию попали благодаря победе в «Калининград in Rock». Сами мы были очень слабо подготовлены по вопросам продвижения. Как-то не получается у нас самих это. Мы больше о музыке думали всегда.


«Настоящую, глубокую инструментальную музыку мы не вытягивали»


Я думаю в Калининграде, местным музыкантам надо повыступать везде. Хорошо делать свое дело, получать опыт. И творчество собственное демонстрировать всем. А уж потом, проанализировав ситуацию, решать, что делать и где выступать. Нам тогда «Калининград in Rock», к примеру, очень помог.


Думаю, мы не вытягивали настоящую, глубокую инструментальную музыку по своим профессиональным качествам. Кстати, мы работали с вокалом и в наш инструментальный период. Мы всегда выступали за новшества. Экспериментировали, как могли. "37.2 от нее" записаны с Евгением Колесниковым на вокале, а " Espacios" с Викторией Трониной. Сложно судить о том, приобрели мы или потеряли с изменением нашего звучания. Многим нравится, многим нет. Для нас это было одно - сделать материал более лаконичным и ясным, попытка двигаться к осмысленной простоте. И последние записанные нами вещи "Биомэн" и " Я хочу только идти" этому подтверждение. Вокалист в них Андрей Лазакович, он прекрасный мелодист, в последнее время у нас выработалась целая программа, аранжирующая его музыкальные идеи.


Мы только недавно нашли формулу, по которой возможно записываться. Писались у Джонни на AV-Records, а потом сводились у Евгения Колесникова. Альбом Holy Beauty группа recordSleep, например, писала по этой же формуле. Вышло прекрасно. А лучшие наши записи остаются "Биомэн" и " Я хочу только идти", записанные именно так. А раньше нас все время что-то не устраивало.


«В настоящий момент у Dr.Gonzo пауза»


Группа "Веды" - это значимый для меня проект, движимый Вячеславом Моногаевым. В его лице я нашел человека, который "болеет" за свое творчество и поэтапно движется к конкретной цели, созданию действительно серьезной функционирующей группы российского масштаба. Отношения в коллективе профессиональные, я к этому всегда стремился. "Веды", по концепции, действительно не похожи наDr. Gonzo, но я нашел для себя пространство для развития. В настоящий момент я в Москве с " Ведами", это был для меня серьезный шаг, более того, он соответствовал этапу моего развития. Мне хотелось узнать музыкальный мир вне Калининграда, познать музыкальный процесс на профессиональной основе. Это моя цель. А заточены ли « Веды» под «Наше радио» время покажет.


В настоящий момент у Dr.Gonzo пауза. Каждый занимается своими делами, но совершенно точно, что группа будет играть и записывать песни. Наш кармический долг записать альбом.


The 4Colours

x_2ff757ba.jpg

Миловидный инди-поп с женским вокалом и засильем фортепьянных партий вместо традиционных гитарных риффов. Наряду с Ramriders, одна из главных надежд калининградской инди-сцены, а после распада последних, возможно, что и самая главная. Из-за мягкого саунда, который время от времени звучал на удивление по рок-н-ролльному, группа гармонично смотреться, практически, на любой концертной солянке: от рок-сейшенов в бастионе «Обертайх» до концертов в ТРЦ «Европа», не говоря уже о модных в то время вечеринках в стиле New Rock Revolution. The 4Colours стали победителями первого в Калининграде фестиваля Emrgenzia, за что получили, в качестве приза, концерт в Москве. Кроме того, песни группы попали в саундтрек ко второй части отечественного сериала «Барвиха», который шел на телеканале ТНТ. Творческий закат группы произошел достаточно неожиданно. Участники просто разъехались по разным городам: гитарист Илья Пономарев и бас-гитарист Антон Ясинский оказались в Москве, а вокалистка и клавишница Галина Моисеенкова перебралась в Европу. Преодолеть такие расстояния для совместного творчества, участникам коллектива оказалось не под силу. В архиве группы один EP, выпущенный в 2009 году.


Илья Пономарев

x_7a7be509.jpgИзначально я играл в одном коллективе, он назывался Pice. Это была группа молодых людей, которая не особо что понимала… Просто молодые ребята купили гитары и пошли на студию. При том это было 3 гитары, ни баса, ни барабанщика. Было достаточно смешно. У нас был один концерт в «Точке.Ру». У нас тогда появился басист, барабанщик и было три песни. Концерт был со шведами. Но это был первый и последний концерт этой группы. Концерт – это и был весь смысл этой группы и смысл ее существования. Как мне показалось, что у вокалиста была просто самоцель на сцену выползти. Нет, конечно, мы получали удовольствие, гуляя по городу с чехлами от гитар и чувствуя себя звездами.


«Было четкое видение, что по стилистике — это должна быть какая-то британщина»


Но я понял, что хочется чего-то большего, помимо этой мишуры. Пришлось искать какие-то заготовки. Были какие-то гитарные партии, мелодия вокала – не более того. По сути, даже текстов не было. Грубо говоря, была музыка и четкое видение, что по стилистике это должна быть какая-то британщина. Представление отталкивалось от брит-попа и инди. Тогда это было модно, все это слушали да и мне такая музыка нравилась. Так называемая New Rock Revolution.

Первые репетиции проходили вдвоем: я и барабанщик. Мы играли какие-то инструментальные вещи и куски чего-то непонятного. Потом 2 трех песен стали появляться какие-то формы. Параллельно с этим я приглашал музыкантов. Со многими познакомили: но было видно, что кто-то просто другую музыку хочет играть, кто-то просто слабенький…


«Мама дает мне деньги на клавиши» - это был ключевой для группы момент»


Галя у нас в составе вообще самая последняя появилась. Нам очень клавишные хотелось. Музыка с клавишами меня впечатляла и на словах мы приходили к выводу, что клавишные нам очень нужны. Проникались мы любовью к этому инструменты. Галя просто пришла на репетицию без инструмента, без всего и села на пол в студии. Послушала 2-3 песни и сказала: «Круто!». И все. Я ее проводил до дома: «Ну, ладно, Галя, пока». Я выхожу, а она мне через 2 минуты звонит: «Все круто, мама дает мне деньги на клавиши». Наверное, это был ключевой момент для группы.

Две репетиции Галя нам что-то подыгрывала, а потом у нее пошли какие-то вокальные партии. Первые заготовки мы старались вместе делать: я старался ей по мелодике помогать. Этого ей хватило вполне для какого-то толчка. Потом она свои уже песни постоянно носила и взяла роль полноценной вокалистки.


«Калининград — это не город тематических вечеринок»


Когда у группы есть просто инструментальные мелодии, ты стараешься их делать наиболее самодостаточными. До Гали у нас было больше инструментальной музыки, поэтому она была более насыщенной и агрессивной. Какой-то гараж был… Когда Галя стала петь, то это уже был поп-рок и брит-поп чистой воды. Не то что бы мы поменяли свою стилистику… Просто стали приобретать какую-то форму. Как и любой коллектив, в котором люди начинают сыгрываться. Когда Галя стала петь, то, собственно, и у этого всего и стал появляться смысл. Инструментальная музыка – это, конечно, хорошо и красиво, но через вокал намного больше можно передать. Немногие люди готовы принимать инструментальную музыку.

Мне кажется, что по музыке мы не на кого не равнялись. Но, конечно, же у всех была общая любовь к некоторым группа, на то время – банальная. Сейчас я уже эти группы не слушаю. А тогда – это были вполне банальные Coldplay, и Travis, все подряд: и британщина, и шведы, и попсовое, не попсовое.


«Когда я смотрел видео нашего концерта, то мне стало стыдно»


Мы всегда знали, что у нас будут концерты. Но не было такого, что бы мы кому-то говорили : «Мы бы хотели отыграть…». Все разговоры начинались с того, что нам предложили вот там играть, пойдем? С первым концертом была следующая ситуация: наш друг со своим приятелем решились заняться промоушеном, они организовывали мероприятия. И они делали «Анархо-елку» в «Пыли винила». И друзья-организаторы нас просто пригласили поиграть к себе на мероприятие. Мы не вписывались в эстетику этого мероприятия? А ничего, что мы вообще редко куда-то вписывались?! У нас были внутри группы приколы на этот счет, но все было хорошо. В конце концов, Калининград – это не город тематических вечеринок. Тут одни и те же люди ходят на вечеринки, какую бы тематику ты не делал. Тем более, «Пыль винила» - это такой клуб, что ты там можешь любую тематику сделать, но все равно смотреть на одних и тех же людей. На концерте было куча народу: и наши друзья, и друзья тех групп, которые там тоже играли. Но сам концерт был ужасен. Когда я смотрел видео, мне даже стыдно. Но мы очень критично к себе относились.

Не знаю как можно говорить о популярности среди своих друзей, среди тех людей, с которыми ты гуляешь. Мы воспринимали всю публику как своих друзей, ну или как приятелей. Были все свои. Нет, конечно, появлялись новые люди. Всегда было приятно, когда о нас лестно отзывались люди, которых мы не знали. Конечно, сейчас можно сказать, что мы были популярны. Но на тот момент нами все немного по другому воспринималось. Мы эту популярность замечали, но не воспринимали ее как популярность. Скорее как результат труда и нашей деятельности.


«За концерт нам платили по тысяче рублей на человека. Разве это деньги?»


Конечно, у нас много было концертов было. Мы на всех площадках, наверное, успели отыграть. Не помню только, чтобы мы в ДКЖ играли, вот и все пожалуй. Мне в «Сити Клабе» понравился концерт. С нами играла прекрасная группа Ramriders, хороший концерт, хотя было немного людей: 50-100 человек. Вот это и можно было назвать тематическим концертом, по британщине он такой получился. Мы играли ТЦ «Европа», если не ошибаюсь, это был какой-то день международного единства, приезжали представители из нескольких стран, приезжали представители, музыканты. За этот концерт нам заплатили, но из серии – по тысяче рублей на человека. Это разве деньги? Это не деньги. Я мог себе струны поменять… Этого бы даже на запись трека не хватило. Разговоров о деньгах за концерты вообще никогда не было. Если нас приглашали на концерт, то мы сначала принимали решение – будем мы играть или нет, а потом только разговор шел уже о каких-то финансовых сторонах и то, если об этом только сам организатор начинал говорить. 80% всех концертов – это были бесплатные и благотворительные мероприятия. Я вот никогда не понимал: как можно организовывать мероприятие, брать деньги за вход и банально не отблагодарить людей, которые там все делали. Для меня – это как-то низко говорить о деньга: это не тот город, не та группа и не те люди… Вот, если бы мы пошли дальше, то там же уже был бы разговор о финансовой составляющей. Более серьезные шаги требуют больших вложений. Начиная от записи и заканчивая оборудованием.


«Телевидение, при всей своей ущербности, свою работу делает на 100%»


Огромного желания записать альбом у нас никогда не было. Такого же не бывает, что появляется группа и начинает записывать альбом. Это как-то не очень красиво и правильно. Сначала должен быть сингл, нужно быть готовым к альбому. Создать группу, сидеть в гараже месяц и выпустить альбом – это как-то неправильно. Но у нас было много концертов на тот момент и нужно было идти дальше. И мы пошли на студию и записали 3 песни для EP. Сначала песню Rebecca, как сингл, а потом уже весь EP. Писать логплей нам, на тот момент не хотелось. Сама динамика развития группы соответствовала EP, это то, что нам было надо: записать 3-5 песен. Через полгодика или год мы бы и к альбому пришли. Мы просто понимали, что мы и финансово альбом не потянем. А следующий шаг, после записи альбома, это должны быть уже какие-то серьезные концерты. Мы к этому не были готовы.

Как наши песни попали в сериал «Барвиха»? Это, наверное, больше к Гале вопрос. Она была идеальным менеджером для нашего коллектива. Галя, через какое-то время, начала достаточно серьезно заниматься интернет-маркетингом: записи постились, создавались группы социальных сетях… От Гали можно было ожидать чего угодно. Когда я узнал, что наши песни будут на сборнике «Мерседес-Бенц» и будут раздаваться в Германии на дисках, то в общем-то, то что про какую-то «Барвиху» говорить? Галя просто направила наши песни в этот сериал. Никакого разговора о финансах не было. Это был чистый пиар. И пиар получился очень хороший. Телевидение, при всей своей ущербности, свою работу делает на 100%. Конечно, контингент людей, которые нами после сериала заинтересовались, понятен. Потому что целевая аудитория этого сериала – это школьницы (90% там именно такой аудитории). Ну, и музыка ему соответствует: такая легкая… Да, я посмотрел этот сериал – 15 секундные вырезки из серии.

На момент фестиваля Emergenzia я был в армии, но там сыграл… Единственное, что нас на этом фестивале смущало – это взнос для групп. Мы изначально договаривались, что сами никогда не будем платить за концерты. Взнос был небольшой, но для калининградских музыкантов вполне внушительный: порядка 3-4 тысяч рублей. Пустяки, но представьте, сколько там было групп, которые эти деньги заплатили… Мы победили в калининградском этапе. Первое – место получило концерт в Москву. В Москве меня уже не было.


«Основная причина заката группы – это то, что мне пришлось пойти служить в армию»


Я не считаю, что место проживания как-то влияет на творческого человека. Если ты действительно что-то делаешь, то донести это до любого количества людей можно из любого темного угла. Калининград - это хорошая площадка. Но здесь есть минус… У меня всегда было ощущение, что это большой котел, в котором все эти творческие люди варятся. Мне кажется, что не хватает чего-то, чтобы это всех сплотило… Хотя, Калининград замечательное место, где можно творить, ездить в Европу и записывать альбомы (потому что по уровню записи Калининград уступает Польше). Сделать хорошую студию, которая была бы рентабельна в Калининграде – это утопия. Тут никто не будет в таком количестве делать эти записи. Я ежедневно просматриваю музыкальных блогов и слушаю композиции людей, которые просто в деревнях каких-то живут. Я смотрю работы художников, которые рисуют просто в селах. Они нарисовали, показали свою работу и это круто. Я не считаю, что место как-то ограничивает творческого человека. Калининград, как площадка, может даже больше интересен, чем Москва. Как-то раскрыться здесь гораздо больше возможностей: можно уйти от социальности, еще от чего-то. Но есть много факторов, которые тоже давят. Если ты хочешь чисто коммерческого успеха, то, конечно, лучше уезжать в Москву. Делать в Москве какой-то поп-проект, конечно, проще: потому что там есть деньги и люди, которые будут этим заниматься. А если ты не нацелен на постоянное зарабатывание денег, то место не играет никакой роли. Интернет – это все: пожалуйста, весь мир перед тобой, займись только немного своим пиаром.

Основная причина заката группы – это то, что мне пришлось пойти служить в армию. Когда я вернулся, то в Калининграде остался только барабанщик. Басист уехал в Москву, Галя уехала в Германию. Творческая деятельность приостановилась, а людям нужно было куда-то дальше идти, искать какой-то выход. Наверное, многие некоторые вещи переоценили… За себя я могу сказать, что ни о чем не жалею. Есть ли у меня разочарование из-за того, что все разъехались? У меня было бы гораздо большее разочарование, если бы мы стухли. Эта история остановилась на хорошем моменте. Мы развалились на моменте, когда группа была популярна, когда все было хорошо.

Для того, чтобы мы собрались, как минимум, все люди должны жить в одном месте. У нас с Галей, конечно, были какие-то порывы, что-то поделать, пописать, записи мы какие-то друг другу пересылали… Но раньше это был образ жизни: мы постоянно вместе были, ходили вместе на мероприятия, тусили. А репетиции были частью нашего совместного существования. А сейчас, ограничивая себя только творческой деятельностью, ты ставишь себе уже другие цели. Да и с концертами будет все туговато. Желание что-то сделать есть, но это была бы совершенно другая история.


Текст: Алексей Щеголев

Фото: VK.com, Юлия Власова


Предыдущие материалы проекта:
«Шевчук писал письмо Боосу в нашу защиту, но тот не отреагировал...», - президент рок-бара «Пыль винила» вспоминает былые времена
«Где они теперь»: «Чи-Ли» и «Джанирадари» вспоминают о своей московской эмиграции
«Мне жалко калининградскую музыку», - автор программы «Номер Один» об истории радиопередачи, калининградском роке и кризисе местных радиостанций
«До «Бумбежки» я живых рок-музыкантов не видела...», - директор арт-клуба «Бумбежка» вспоминает былые времена
«Где они теперь»: «Гитары Stereo» вспоминают о калининградских «прекрасных 90-х», а группа «Лаванда» об эпохе корпоративов и «куршавелей»
«Где они теперь-2»: Los Chikatilos, “Газеты Пишут” и BOOM! вспоминают о временах былой славы
«Где они теперь»: «Мир огня», Ramriders и Naked King вспоминают о временах былой славы



Комментарии