«Если бы на месте торгового центра стоял храм, то было бы даже лучше»

19 января 2021
«Если бы на месте торгового центра стоял храм, то было бы даже лучше»

Планы губернатора Антона Алиханова разобрать, а потом заново собрать Дом Советов, спровоцировали в обществе серьезную дискуссию о том, какие функции должно выполнять пространство в самом центре Калининграда. К 2021 году это пространство по-прежнему представляет из себя пустырь, над которым возвышается главный калининградский недострой, а функции центральной площади фактически выполняет площадь Победы. По просьбе RUGRAD.EU архитектор, совладелец компании «Никор Проект» и эксперт бюро «Сердце города» Ольга Мезей рассказывает, какой в идеале должна быть центральная площадь Калининграда, нужна ли в этом пространстве жилая застройка и почему она не верит в проект собственника ГК «Мегаполис» Евгения Морозова. 



«Торговый центр никогда не формирует Центральную площадь»

Началом работы по проекту «Сердце города» стал всесторонний анализ ситуации с опросом разных слоев населения на тему, что такое центральная площадь и какими функциями она должна быть наполнена. Центральная площадь — это не просто площадь. Она образуется определенными зданиями с преимущественно общественными функциями. Калининград — небольшой город, здесь не так много зданий, которые могли бы эту функцию выполнять. Мы посредством опроса министерств правительства Калининградской области искали те функции, запросы на которые были ими давно сформированы и которые в городе еще не реализованы. Учитывались и те объекты общественного назначения, которые уже существуют, но располагаются в неудобных или недостаточного размера помещениях. Их можно было бы перенести в это пространство, которое впоследствии будет называться Центральной площадью. Недостаточно просто застроить территорию в циркульном центре города с образованием какой-то площади и просто назвать «Центральная площадь». Для того чтобы новая площадь действительно стала центральной, она должна так заработать. А именно: на центральную площадь обычно должны выходить здания или как минимум первые этажи зданий, привлекающие людей в дневное и вечернее время. Привлекать людей культурным, образовательным, интересом, проведением досуга. Исторически в старых городах это администрация, включая дворец торжественных церемоний, библиотека, музеи, концертные залы, театры, кафе, рестораны, возможность использования пространства площади для проведения народных гуляний, ярмарок.

Мы разметили там правительство области (впоследствии губернатор подтвердил: правительству области действительно не хватает помещений). По аналогии с другими городами в пространстве новой центральной площади должны были размещаться какие-то общественные здания. Были предусмотрены музеи, картинная галерея, дворец бракосочетаний (жаль, если он не найдет себе места на центральной площади). Там могла быть хорошая подземная парковка. Но ни в коем случае в это пространство нельзя добавлять торговые центры: у нас их достаточно в центральной части города. Теперь их можно размещать на окраинах, как это делается во всем мире.



В центрах городов всегда размещаются гостиницы, и у нас они тоже должны быть. Причем гостиницы не совсем дорогие. Чем больше будет ресторанов и кафе, тем лучше. Концентрация ресторанов в центре привлечет больше людей.

Названные функции всё равно должны где-то размещаться. Это потребность. Другой вопрос, когда данная потребность будет реализована и будет ли она реализована так, как хотели бы градостроители. Разбросать эти функции несложно: поместить дворец бракосочетаний в какой-нибудь парк, разбросать музеи и всё — центр города потеряется. Пространство, которое сейчас выполняет в Калининграде функции центральной площади (имеется в виду площадь Победы. — Прим. ред.), — это не центральная площадь. Чем она привлекает? ТРЦ «Европа» и ТЦ «Кловер» — всё. И это всё в плане культуры, чем может похвастаться наш город? Всё, что у него есть оригинального?

Торговый центр никогда не формирует центральную площадь. Это нонсенс. Если бы Кафедральный собор Христа Спасителя стоял на месте ТРЦ «Европа» с самого начала, то было бы даже лучше. Сейчас он где-то вдали и практически не участвует в формировании площади. Такая высокая доминанта, как шпиль собора, могла бы значительно больше быть заметна в городе, указывая на то, где его центр. Площадь Победы градостроительно уже не исправить: она сложилась, и надо постараться не повторить ситуацию еще раз.


«В  городе «убили» возможность создать центральную площадь там, где она фактически есть»

Подход к центральной площади города может быть обозначен доминантой, которая заметна издалека. Это как ориентир, где искать центральную площадь в городе. Идешь к доминанте либо по длинному Ленинскому проспекту, либо со стороны Драматического театра и понимаешь, где интересная доминанта, там где-то и центральная площадь. Раньше была возможность сделать на площади Победы нечто подобное, но ее упустили. Мы не сформировали площадь как таковую. У нас посидеть на холодных лавочках и посмотреть на фонтан — это всё из общественных функций центральной площади. А Ленинский проспект и ул. Черняховского направлены на ТЦ «Европа».

Мы сейчас живем в ситуации, когда считается, что градостроительство не нужно. В результате мы живем в городе, где «убили» возможность создать центральную площадь там, где она фактически есть сейчас. Ее случайным образом сделали: один объект поставили, второй, третий, и что-то в итоге сложилось. Включая «шашлык» из находящихся на одной оси здания администрации города, памятника-колонны и  Кафедрального собора.Так не делают, такого не бывает, но оно есть. А может, в этом и уникальность. По крайней мере, сейчас.

На территории возле Дома Советов есть возможность включить озеро в композицию центральной площади города, сделать удобный переход к Преголе, выйти на набережную Кнайпхофа через новые пешеходные мосты. И это будет сопровождаться кафе, музеями и ресторанами, выставочными залами, гостиницами (там будет интересно погулять жителям города и, возможно, много туристов). Я считаю, что у этого пространства больше возможностей (пока).



«Природа принятия решения по Дому Советов должна быть научной и совершенно открытой»

Существующая территория центрального исторического ядра города — это большая территория, часть которой подлежит застройке. И одновременно большая территория, которая застройке не подлежит по различным причинам (зеленая зона или инженерные коммуникации). Но даже тех гектаров, которые подпадают под застройку, много. Забрать их все под общественные функции нереально. Общественная функция работает только тогда, когда там живут люди (временно или постоянно — не важно). Главное, по ночам эта территория не безлюдна. В истории градостроительства есть случаи, когда научно-производственные территории умирали из-за того, что они были только научно-производственными. После 6 часов туда страшно было заходить, потому что там ничего и никого не было. Такая же история происходила с центральными частями городов, которые были сделаны искусственно без жилья. Опыт градостроительства учит: так делать нельзя. Поэтому центр города — это всегда смешанная застройка (там объединяются функции, которые не мешают друг другу жить). Включая и жилую застройку, но в несколько иной, специально продуманной для центра города форме.

Доминанта возникает не просто так: она должна читаться с осей и ключевых точек в городе, быть ориентиром. Наши оси: Московский проспект, Ленинский проспект, ул. Сергеева и Пролетарская. Дом Советов работает как доминанта на оси улиц Пролетарская и Сергеева. Но должна быть еще доминанта там, где стояла самая высокая башня замка. Она-то и играла ключевую роль, «направляла» нынешний Ленинский проспект по обе стороны реки к центру, к ядру города. «Поиграть» с доминантами — это и интересно, и важно в сложившейся ситуации «пустующего центрального ядра города». Может, в восстановлении исторической части замка смысла вообще нет (архитектурное сообщество города всегда выступало против восстановления). Современные материалы и технологии дают много возможностей несколько иначе напомнить об истории этой части города, чем просто восстановить. Научная реставрация — это дорого, совершенно бесполезно и, наверное, не имеет смысла.

Мнение, что делать с Домом Советов, должно основываться на экспертизе здания. Я ее не видела и не знаю, кто ее делал. Теоретически здание строилось на века с необыкновенно крепким фундаментом с подвалом. И не совсем реально, что оно потеряло несущую способность. Я к такому утверждению отношусь без особого доверия. У здания низкие потолки, сложная для нового использования планировка, и это аргумент. Восстановление здания всегда несколько дороже, чем строительство нового. Но сносить Дом Советов — это тоже не очень дешево. Если же действительно город будет вынужден принять решение о сносе этого здания, то зачем его восстанавливать? Тогда надо делать новое на этом месте.



Считаю, что по вопросу Дома Советов должен применяться научный подход: должны работать инженеры, архитекторы-градостроители и политики. Решение должно быть совместным и обоснованным. Природа принятия решения должна быть научной и максимально открытой. Хочу обратить внимание на то, что место размещения Дома Советов — это «циркульное» ядро: если поставить где-то рядом с ним ножку циркуля, то получится центр круга, по которому развивается город. Загубить эту территорию несложно, с ней можно сделать то же самое, что мы привыкли видеть в городе. Сделаем такую же ерунду, но зачем? Неужели нам не стыдно? Если мы сделаем такое с этим пространством, то это же будет позор на наши головы.

Я не согласна с мнением, что Дом Советов провоцирует застройщиков на высотное строительство. Это доминанта, и ни одна доминанта не провоцировала, чтобы рядом ставили такие же по высоте здания. Доминанта — это и есть доминанта: если ты ставишь рядом такие же по высоте здания, то получается рядовая застройка.

Высадка каких-либо аллей меня всегда удивляла и возмущала (в ноябре 2020 года возле Дома Советов губернатор, чиновники и застройщики высадили платановую аллею. — Прим. ред.). Потому что сначала должен быть план: если аллея в него вписывается, то замечательно, но, если плана нет, это безобразие. Деревья — как дома, они растут (тем более платаны). Может, план и есть, но жителям города и нам, градостроителям, всю творческую жизнь занимающимся нашим городом, о нем не известно.


«Элитное жилье  это очень странное понятие»

В работе «Сердце города» принимало участие интернациональное сообщество архитекторов. Территория делилась на несколько частей: непосредственно площадь, которая смотрит на Нижний пруд, и застройка. Сейчас эта территория — голая пустыня, по которой ты идешь, и тебя сдувает. Там сейчас просто некомфортно.

Застройку мы пытались расположить как можно ближе к ул. Шевченко, чтобы ее сузить и не повторить ситуации Московского проспекта. Между дворцом бракосочетания и Домом Советов большая территория. Она могла бы быть застроена. Но застраиваться только по плану, который предусматривает развитие всех остальных частей этой территории. Если какой-либо из фрагментов центрального исторического ядра города будет застроен без общего плана данной территории, то будет очень жаль упустить уникальную возможность дать городу интересное, новое, привлекательное лицо. Ведь по центру города складывается общее впечатление о нем. Пока мы имеем уникальную возможность сделать новый центр, показав при этом то, на что способны современные технологии, наши строители, учесть опыт современного градостроительства и повысить привлекательность нашего города.

Ситуация, когда есть какой-то общий план (пусть он даже и не всех устраивает) лучше, чем когда вообще никакого плана нет. По итогам международного конкурса на территорию исторического ядра центра города Калининграда бюро «Сердце города» выполнило консолидированную концепцию, учитывающую градостроительное решение победителей данного конкурса. Эта концепция послужила заданием на проект планировки с проектом межевания, которые были выполнены по заказу администрации Калининграда. Высокую этажность мы для этой территории не предусматривали, максимум — 7–7,5 этажей. Но этот проект планировки не утвержден, потому что сменился губернатор. Новый губернатор попытался понять, правильно ли мы решили эту ситуацию. И до сих пор, по-моему, он не понял, правильно или неправильно. Появлялись какие-то концепции, какая-то «Стрелка» что-то делала после этого. Считаю, что если эту работу начали делать открыто, то она и должна открыто продолжаться: кто делает, почему, по какому заданию и с какой целью. Подобные вещи нужно обсуждать: в центральной части города не может быть решений без обсуждений.

Элитное жилье — это очень странное понятие. Я сразу вспоминаю про заборы, а нам такого в центральной части города не нужно. Нам нужны нормальные, благоустроенные кварталы. В Гамбурге и Париже я видела такие кварталы. В Дюссельдорфе вдоль реки сделана застройка (она не только общественно-деловая, там есть и жилье с гостиницами). Она демонстрирует возможности современных конструкций и материалов, но абсолютно невысокая. Есть 2–3 высокие доминанты. Это сделано с хорошими выходами, как раз с платановыми аллеями, машины уведены под низ, люди прекрасно проходят к реке. Конечно, это дорого. Но центр у нас один, другого не будет.

Есть разные выходы из ситуации: есть апартаменты — «пандемический» год показал, что они пользуются спросом. Есть много специальностей, которые позволяют удаленно работать. То есть жить и работать несколько лет, и лучше ближе к центру. Всё это говорит о том, что нужен новый тип жилья в центре города.



Реновация жилья в центре города — это положительная история, но вопрос в том, какая новая застройка там будет появляться? Я сомневаюсь, что она будет достойная, я боюсь, что через 5–10 лет мы опять скажем: «Боже мой, что же мы тут настроили?» Как и в 70–80-е годы строились хрущевки.

Попытка отреставрировать фасады хрущевок под «ганзейский» стиль на Ленинском проспекте — это странно. Вид получился хороший, людям нравится, архитекторам не всем нравится. Но вопрос в том, кто у нас считает деньги. С моей точки зрения, это экономически невыгодно. Влупили такие деньги и сделали фасады на гнилом домике с гнилыми коммуникациями. Подъезды и коммуникации никто не ремонтировал. Внутри этого дома такая же разруха и безобразие, а снаружи — напомаженный фасадик. Это, извините, накрашенная девушка в грязном белье.

Чтобы строить в районе новой Центральной площади жилье, региональному правительству надо обратить внимание, что есть возможность сделать что-то особенное в местных нормативах градостроительного проектирования (в части жилой застройки в центральной части города). Застройка в центре — это не застройка на Сельме или в Балтрайоне. У нее другие цели, и там другие люди, другой коэффициент семейности, другая ситуация со школами и детскими садами. Всё это надо продумать и прописать на местном уровне.

Дом Советов в таком квартале мог бы выполнять офисную функцию (это на самом деле типичный офис). Будет это правительственный офис или просто офисное здание — другой вопрос. Для гостиницы там слишком маленькие и низкие помещения. Хотя в Ibis высота потолков 2,3 метра — это экономные варианты, и они нормально с этим живут.



«То, что Морозов сделал с микрорайоном «Восток»,  это безобразие»

В проект Евгения Морозова я не верю (пусть он на меня обижается). То, что он сделал с микрорайоном «Восток», — это безобразие. Иностранные архитекторы вообще не понимают, почему в России возвести высотную застройку оказывается дешевле, чем малоэтажную. Стоимость коммуникаций, дорогие лифты, «пожарка» — в высотной застройке много дорогих составляющих. Я не понимаю, почему так происходит, но понимаю, что высотная застройка сейчас у нас пока еще, к сожалению, пользуется спросом, потому что она «дешевая». Варианты разработки высокоплотной застройки 5–6 этажей (я соглашусь до 8) не рассматриваются. Получается, что мы строим Москву. Но зачем? Мы же не Москва. Из Москвы люди к нам приезжают и говорят: «Как у вас хорошо». Они просто не видели Восточного жилого района с Окружной.



Если Евгений Морозов не будет строить жилье, то что он будет строить? Так просто не должно быть, когда говорят, что кто-то будет строить, но никто не знает что. Причем в центральной части города. Это говорит только о том, что у жителей Калининграда неактивная жизненная позиция. Ни один европейский город не позволил бы застраивать центральную часть без плана. План должен обсуждаться, и жители должны быть с ним согласны. Про архитекторов я уже не говорю. А вообще для такой части, как ядро города, и первые, и вторые должны принимать активное участие в разработке этого плана.

Когда есть план, когда есть силы, которые заставляют всех его придерживаться (работает закон), то тогда можно поделить территорию до отдельных зданий и раздать застройщикам. Не бояться, что получится хаос. В центральной части Берлина есть территории, которые были размежеваны на отдельные блок-секции. Каждую блок-секцию отдали разным архитекторам, но были общие принципы, которых они должны были придерживаться. Никакого хаоса в итоге не было. Точно так же работало законодательство в Средневековье на Кнайпхофе: регламентировалась ширина улиц и высота зданий, карнизов и т. п. Ты обязан соблюдать рамочные условия, а за их пределами делай что хочешь. И никакого градостроительного совета. Через градостроительный совет должна пройти сама концепция с данными рамочными условиями. А дальше уже зависит от того, кому принадлежит земля. Но соблюдение рамочных законов должно быть неотступным.


Записал: Алексей Щеголев
Фото: RUGRAD.EU