RuGrad.eu

27 , 04:15
$73,01
+ 0,00
85,68
+ 0,00
18,56
+ 0,00
Cannot find 'reflekto_single' template with page ''
Меню ГОРОД НОВОСТИ КОНЦЕРТЫ ВЕЧЕРИНКИ СПЕКТАКЛИ ВЫСТАВКИ ДЕТЯМ СПОРТ ФЕСТИВАЛИ ДРУГОЕ ПРОЕКТЫ МЕСТА

Автор проекта «Люди и книги»: Сеть «Книги и книжечки» мне напоминает морг

Лариса Аветисян

Лариса Аветисян, автор проекта «Люди и книги»:

13 июня 2013

Дом «Люди и книги» не совсем привычный для Калининграда проект. Небольшое, двухэтажное здание, буквально, полностью завалено разнообразными книгами: от философии и классики до женских детективов. В отличии от букинистических магазинов в доме отсутствуют цены. Любой посетитель может выбрать себе книгу или несколько, оставив в качестве компенсации добровольный взнос. В интервью Афише RUGRAD.EU автор проекта Лариса Аветисян рассказала как ей надоело заниматься бизнесом, и она превратила букинистический магазин в «дом», как низкое качество современной литературы подорвало букинистический рынок, почему фантаст Сергей Лукьяненко должен доплачивать за то, что его читают, почему в «Людях и книгах» представлена Дарья Донцова и как ее проект помогает «тихо умирать» букинистическим магазинам.


- Как начиналась идея проекта «Люди и книги»?
- Первоначально это был букинистический магазин «Старая книга». Он и работал по такому принципу: книги брались на комиссию и продавались. Потом я поняла, что совершенно не хочу заниматься этим бизнесом, потому что я, как читатель, буду пострадавшей. То есть встала на место читателя, которым я была всю жизнь. Мне никогда не хватало денег на книги. В то время как другие люди их коллекционировали, собирали и продавали. А я — читатель, никогда не имела возможности почитать все, что я хочу, потому что у меня мало денег. И таких людей, наверняка, есть некоторое количество. И тогда я подумала: надо убрать цены. И это стало превращаться в «дом». Потом мы налили первую чашку чая первому гостю, потом мы второго гостя мы спасали тут от обморока. Потом пришел человек, которому негде было находиться, потому что у него был ремонт, а человек был не очень здоров. И я сказала: «Приходите, пожалуйста, к нам. Вы можете здесь проводить целый день. Ах, вы шьете? Ну сидите и шейте!». Потом нам подарили пианино. И потом мне это все надоело и я сказала: «Не называйте это «магазином», потому что магазин — это коммерческое учреждение, в котором люди имеют цель — получить прибыль, чем бы хорошим они при этом не занимались». А прибыли у нас никто не получает: сюда я вкладываю деньги, вкладывают деньги некоторое количество добровольцев, в том числе и те люди, которые сюда приходят за книгами, кофе и общением. Они оставляют добровольный взнос на аренду и коммунальные услуги. Главный принцип: возьмите все, что хотите, оставьте взнос какой можете. Все книги, которые у нас есть, принесены бесплатно жителями города.

- Когда у вас был еще букинистический магазин, он рентабелен был?
- Он был рентабелен как раз на тот момент, когда я его закрыла. Я потеряла на этом очень много денег. Каждый месяц я имела 35 тысяч чистой прибыли. Когда я убрала цены, поменялось отношение некоторых людей к этому месту. Очень многие люди стали платить очень мало в качестве взносов. Пошло какое-то количество людей, которые стали этим пользоваться: они набирали, отдавая по 5 рублей за книжку, очень хорошую литературу, а потом шли и ее продавали. Была такая проблема. Мы благополучно этих людей ликвидировали: я всех «книжников» города Калининграда в лицо знаю. Я подумала, что если это некоммерческое учреждение, то я имею право отказать людям от «дома». Что я и сделала. Со временем ситуация выровнялась, стало больше молодых людей, стало больше, если уж совсем примитивно говорить, хороших людей, которые с огромным удовольствием приносили сюда книги, а не в букинистический магазин, где они могли бы какую-то копеечку поиметь. Тогда ситуация стала медленно-медленно выравниваться, и я могла уже не занимать все время деньги. На сегодняшний день, мы иногда с трудом, но набираем на аренду.

- Сколько постоянных участников сейчас у проекта?
- Не считала. Где-то 20. Причем, это очень плавающая цифра. У нас есть люди, которые приходят первый раз и потом редко ходят, но они «постоянные». Раз в месяц, допустим, приходит Даша и целый день работает. Прочитала в группе, что не хватает на аренду: пришла и принесла тысячу рублей. Она всего три раза была, но она - постоянная.  

- У вас здесь проходят творческие мероприятия?
- Это все в том же режиме, в каком это и дома происходит. По пятницам у нас кино: смотрим старые фильмы или спектакли. Если нам захочется, то соберем какой-нибудь вечер, если будет о чем поговорить и по поводу чего собраться. Каждое воскресенье - «воскресники». Это когда, люди прям приглашаются (потому что в воскресенье у всех выходной), что давайте прям дружно поработаем. Много готовим макулатуры, моем окна. У нас есть проект «Жить просто». Он у нас уже был прошлым летом, этим летом мы его повторяем. Это когда я рассказываю как не затрачивая много времени, денег и сил, сделать какие-то вещи: быструю, полезную и вкусную еду, быстрый подарок (который нужен, а не который там просто). Сшить сумку, сшить блокнот... Мы делимся этим с друг другом. Все очень в живом режиме: хотим - делаем, хотим — не делаем. Никто никому ничего не должен.  

- У вас не было сложностей с посетителями, потому что у вас местоположение не самое удобное?
- Я не рассматриваю это как сложности, когда люди говорят: «Ой, если бы вы были в центре...». Если вы готовы нам оплатить центр, (а вы знаете какие там цены), то мы себе подберем что-нибудь. Мне нравятся там некоторые здания, очень симпатичные. Тем более нам все время места не хватает. Тем более, что эта улица обладает некоторой магией: она относительно тихая.  

- Вы конечную цель этого проекта для себя определяли?
- Для себя определила. Это когда я воспитаю здесь некоторое количество людей, которые станут к этому относиться так же как я. Когда это станет частью жизни, и я смогу спокойно отойти в сторону и наконец-то написать гениальную книгу, которую я задумала. И я буду сюда приходить изредка, только в качестве почетного гостя. Ну и портрет здесь будет висеть: вот это Лариса Микаэловна, она здесь все придумала...

- Вы в Калининграде видите возможность для развития подобной идеи?
- Я думаю, что это самое перспективный вариант развития. При том для чего угодно. Для букинистических магазинов — это понятно. Вот вы приходите на ярмарку игрушек мишек-Тедди. Вот сколько мишка стоит? 4 тысячи. Вы купите такого мишку? Большая часть людей точно знают, что они не купят. У них нет на это денег. Или вот я хочу сходить на концерт: скрипку очень хочу послушать. Но когда приезжает скрипач, сколько билет стоит? И значит, что я не пойду, а человек с деньгами пойдет, а ему плевать: скрипка там или нет. Я была один раз на концерте, где девушка все время что-то записывала, вместо того, чтобы музыку слушать. Получается, что есть некоторое количество людей, которые могут друг другу что-то обеспечить. Музыканты могут создать что-то такое вокруг музыки.

- То есть принцип коммуны?
- Свободы. Доступности цен. Ко мне приходили люди с предложениями: «Вы такое хорошее дело делаете, вам надо к властям или вам нужен спонсор». Простите, но если я люблю читать, то зачем мне спонсор? Мне нужен друг, который тоже любит читать. Мы вместе соберемся, найдем не очень дорогой уголочек, помоем полы, положим книжки. Зачем мне спонсор? Зачем все время на ком-то паразитировать? На бизнесе, на государстве? Мы можем сами. Все обычно упирается в помещение, но ведь мы же все работаем. Большая часть людей работает и какие-то деньги тратит: покупает колбасу, пиво... Ну, не купишь ты колбасу, а заплатишь эту копеечку. Зато у тебя будет свое место, куда ты можешь прийти со скрипкой и поиграть. И туда же придут люди, которые будут готовы тебя послушать: «Ага, сегодня я себе пачку сигарет не куплю, а оставлю эти деньги здесь». Таким образом мы можем друг другу что-то предоставить. Делать это массово – нет смысла. Люди сюда приходят, на это смотрят и начинают задумывать: «Может действительно, и я тоже такое сделаю». Здесь же главное – отсутствие скупости и отсутствие желания все время зарабатывать какие-то непонятные, большие деньги.  

- Московский книжный магазин «Фаланстер» тоже вырастал из своего рода такой же коммуны.
- Я о нем не слышала, но те люди, которые приезжают из других городов (из столичных в том числе) и других стран, когда вникают в суть нашего существования, говорят, что у них такого нет. Я была такому очень удивлена. Хотя к нам приехала из Мурманской области Люба и когда она там рассказала, что есть такой «дом», то этой идеей очень загорелся один молодой человек.

- Владелец «Бибколлектора» Александр Мамаев отмечал, что книжный рынок в Калининграде, достаточно плачевно выглядит. Вы его как оцениваете?
- Я бы сказала, что сейчас плачевное состояние у литературы. Именно с этого все и начинается. У нас на современную литературу отведено всего две полки. Ее качество ниже низкого. Могу всего пару книг назвать, которые достойны прочтения. Большую часть из современной литературы – можно читать, а можно не читать, а все остальное – просто макулатура, полиграфически хорошо оформленная. Литература там вообще не присутствует, это просто люди зарабатывают деньги на хорошо оформленной бумаге. Это даже не туалетная бумага, потому что она жесткая и красивая. Большая часть наших читателей – это люди, которые читают литературу, проверенную временем.

- Кризис рынка, по-вашему, начался именно с кризиса писателей?
- Я думаю, что было много факторов, но это один из важнейших. Сейчас есть некая свобода: ты можешь вообще все, что угодно публиковать. Тебя читать никто не хочет. Они там борются за авторские права, ходили уже к Президенту… Кто это делает? Лукьяненко? Его никто не читает, за что он борется? Он должен доплачивать, чтобы его читали. Вас воруют? Перекрестись и скажи «спасибо», что тебя воруют, значит ты кому-то нужен. Лев Николаевич Толстой в завещании дал полную свободу любому издателю даже на те произведения, которые еще не написал.  

- Как вы относитесь к такому формату как «книжный супермаркет» по типу сети «Книги и книжечки»?
- Отвратительное дело. Мне это морг напоминает. Сама система, когда именно то, что надо продать выставляется на первые места. Хотя на первом месте, хотя бы в некоторые дни, должны стоять признанные классики. Тот же самый Пушкин. Во-вторых, там не дают читать. Книга там – это товар, как картошка. Мне самой там два раза делали замечание, и я перестала туда ходить. Огромное количество людей сюда приходит и рассказывает истории: если ты задержался с книжкой в руке больше двух минут, то продавец тебе делает замечание. Это что вообще? Это денежная история, в которой не важно: книжки продаются или картошка.  

- Создатель «Фаланстера» Борис Куприянов отмечал, что книга это все-таки товар. Хоть и специфический.
- Книга – это не товар. Книга – это, некоторое время назад, единственный источник знаний, не только энциклопедических, но и знаний жизни. Сегодня книга – это предмет, который говорит о каком-то развитии человека. Если я вижу человека с книгой в руках – это уже человек, стоящий на ступеньку выше всех остальных. Книга – это предмет культуры. А предмет культуры должен быть заботой государства. Обязательно должно быть некоторое количество государственных издательств. При этом, они должны не Конституцию издавать и прочие вещи, а дешевую, доступную и хорошую литературу. Все остальные — пусть пристраиваются: хотите свою ерунду продавать, делайте, пожалуйста, что-нибудь. Хорошая детская литература, классическая литература, современная литература, которая самими литераторами признана, должна издаваться за счет государства и продаваться по доступным ценам. Тогда мы имеем шанс, что жители этой страны будут воспитанными. Все озабочены экономическим развитием страны и очень мало кто озабочен тем, что за люди обеспечивают эту экономику.

- Как относитесь к такому феномену как электронные книги?
- Нормально. Очень хорошо и удобно. Конечно, в книге есть эстетическая ценность, но ведь одно другому не мешает. Есть люди, которые прочитали книгу в электронном формате приходят и говорят: «Я прочитал, мне понравилось, теперь я хочу бумажную». Главное, что люди читают.

- В Калининграде, по вашему, можно создать книжный магазин, ориентированный на интеллектуальную литературу и чтобы при этом он был рентабелен?
- Нельзя такой магазин создавать. Нельзя делать элиту. Мы и так все разделены, а это будет элитарно. У нас внизу стоит Донцова. Вы знаете кто читает Донцову? Наши бабушки и мамы, которые всю жизнь пахали и до сих пор пашут. У них не было возможности стать интеллектуалами, и читать Сартра и Кафку. Давайте обзовем их тупыми, да? Нет, мы не будет так делать. У нас для них стоят паршивые детективы. Это валерьянка для них. Они читают это, а все остальные сидят и рассуждают... Все должны быть вместе. Поэтому к нам приходят дети, молодые, средний возраст и пожилые. У нас нет элиты.

- Букинистические магазины здесь могут выживать?
- У нас есть два букинистических магазина, которые, с моей помощью, тихо умирают. Если у человека есть возможность прийти сюда, взять все, что ему нравится, пообщаться с нормальными людьми, и никто не предоставит ему ценник, никто не скажет ему: «Не задерживай добрых людей», то он любую сумму может заплатить. На какой-то момент человек здесь просто спасается от одиночества. Так что зачем ему в следующий раз идти в букинистический магазин? Так что мы их подрываем.

- Вам не кажется, что ваш формат может кому-то библиотеку напомнить?
- Это не совсем так. По той простой причине, потому что библиотека — это тоже достаточно замкнутое пространство. Там есть сроки, книжку надо обязательно вернуть. Там есть люди, которые получают зарплату за то, что обслуживают других людей, а здесь самообслуживание.

- Библиотека — это государственное учреждение. Говорят, что как раз этот момент соприкосновения человека с государственным сектором, отпугивает посетителей. Его надо как-то нивелировать?
- Нет. Их отпугивает человеческий фактор. Там может быть две с половиной книжки, но если там будет хорошо, то туда будут ходить люди. Библиотека просто должна видоизменяться. Сотрудники должны быть моложе, сама система работы там должна быть более открыта.

- Акция «Библионочь» как раз должна была демократизировать библиотечный формат. Вы ее как оцениваете?
- Я не люблю эти мероприятия. Они показушные и ничего не дают. Если человек не читает, то он сходит туда просто потусоваться и все равно не будет читать. А от меня некоторые нечитающие уходят и начинают читать.


Текст: Алексей Щеголев

Поделиться в соцсетях