«Нельзя все закрыть и запретить»

9 апреля 2020
] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>";

В четверг, 9 апреля, состоялся рабочий выезд министра культуры и туризма Андрея Ермака на форт № 5 (входит в структуру Калининградского историко-художественного музея). Музейщики после введения на территории региона режима повышенной готовности остались без привычной работы. А заодно и лишились заметной части собственных доходов. Афиша RUGRAD.EU рассказывает, почему работники учреждений культуры так ждут хотя бы малейших послаблений режима.



Форт № 5 был одним из тех объектов, которые обеспечивали Калининградскому историко-художественному музею более менее стабильный доход. Как рассказывает директор учреждения культуры Сергей Якимов, по посещаемости форт в структуре музея находился на первом месте. Руководство надеется, что при первых послаблениях режима повышенной готовности запустит снова его работу. «У нас все доходы выпали, которые могли быть», — иронизирует Якимов в ответ на вопрос о финансовых потерях из-за мер по противодействию коронавирусу. Руководство культурного учреждения поначалу пыталось найти лазейки, чтобы продолжить работу даже в усеченном варианте. В частности, на территорию главного корпуса историко-художественного музея и его филиалов планировали пускать только в масках. «А потом-то всё...», — машет руками Якимов. Сейчас работа форта приостановлена до 12 апреля. До этой же даты в регионе продлен режим самоизоляции.



Сергей Якимов считает, что обеспечить безопасность посетителей на форту № 5 будет легче, чем на других объектах историко-художественного музея. Здесь больше открытых пространств, чем в том же музейном комплексе «Бункер». «Мы надеемся на понимание, что нельзя всё вообще закрыть и запретить», — говорит он. Приближается время памятных мероприятий 9 мая. Якимов отмечает, что «нельзя вычеркивать память об этих событиях» из-за распространения болезни. «В годы войны в блокадном Ленинграде все музеи, театры и библиотеки работали. А там, наверное, ситуация похуже была», — говорит он. Якимов считает, что форт надо открывать «чуть ли не с любого понедельника».



Впрочем, Якимов готов открыть и главный корпус историко-художественного музея. Музейщики подготовили к 9 мая большое количество экспозиций. Но, как и другие учреждения культуры, историко-художественный музей зависит от количества туристов. «Мы не знаем, кто к нам теперь придет. Кто наш посетитель?» — сокрушается директор. Впрочем, музей находился в зависимости именно от российских туристов. Иностранцев в историко-художественном музее было меньше. «Китайскому туристу это интересно. Немецкому — нет, потому что для них это болезненно», — говорит Якимов.



«А вот этот вот дот нам подарил сотрудник музея, наш водитель», — показывает Сергей Якимов министру культуры и туризма Андрею Ермаку бетонное сооружение. У водителя конструкция стояла на огороде. «Причем это дот Первой мировой войны», — с удивлением рассказывает директор музея. Чтобы довезти дот до форта потребовалась «целая операция» с использованием тяжелой техники. «Он же не для стрельбы… Он же сидит там...», — с недоверием смотрит на дот Ермак. «Подарок музею из огорода!» — не обращает на него внимания директор.



Несмотря на отсутствие посетителей, в музее, по словам Якимова, «идет много внутренней, невидимой работы». Для Министерства иностранных дел РФ была подготовлена выставка про дипломатию в годы Второй мировой войны. Сотрудники также занимаются музеем Кристионаса Донелайтиса в поселке Чистые пруды. «Там международный проект, ремонтный, огромный. В "Бункере" провели косметический ремонт. Работа идет, она, может быть, не такая популистская, ее не видно. Но в конечном-то итоге жизнь не завершилась», — говорит Сергей Якимов. Как и другие учреждения культуры, историко-художественный при режиме повышенной готовности остался без внебюджетных доходов. Вынужденный простой может грозить музейщикам в том числе и сокращением зарплат. «Предполагается, что ту часть, которую мы недополучили, нам добавят субсидией», — надеется Якимов.

 

Пока посетителей нет, историко-художественный музей закончил реконструкцию артиллерийских орудий, которые расставлены по периметру форта. Якимов вспоминает, что раньше объекты обновляли только самым понятным и бюджетным способом: каждый год наносили новый слой краски. Теперь пушки советской армии времен Второй мировой войны отскоблили до самого металла. В среднем, чтобы очистить одно орудие, требовалось 2,5 тонны песка. Для реконструкции также нужны были специалисты, которые бы консультировали музей по покраске орудий. «Это тоже не так просто. Это не сходишь в "Бауцентр", не купишь для лавочек краску», — жалуется Сергей Якимов. Работы в общей сложности обошлись музею в 1,1 млн руб.

 


Есть у руководства историко-художественного музея и более амбициозные планы на куда более серьезные суммы: проект реконструкции внешней территории на 11,5 млн руб. Впрочем, перспективы этого плана пока не очень понятны. Министр культуры и туризма Андрей Ермак считает, что это более «долгий и дорогостоящий» проект, чем реконструкция орудий. «В этом году нам будет достаточно тяжело это сделать с точки зрения финансовых возможностей бюджета», — говорит министр. «Это не такой быстрый процесс. Сколько времени потребовалось, чтобы получить деньги сюда [на реконструкцию орудий] и что-то сделать. Также, наверное, придется ждать и следующего этапа», — рассуждает Сергей Якимов.


Текст: Алексей Щеголев
Фото: Юлия Власова




Комментарии