RuGrad.eu

26 июля, 15:41
среда
$59,82
+ 0,16
69,70
+ 0,23
16,39
+ 0,00
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Человек-трал

Судно Polar Amaroq. Фото: Fishering Service

Как калининградский предприниматель добился того, что самая рыболовная нация в мире перешла на его снасти, и стал, вероятно, самым технологичным калининградским экспортером.


В декабре 2016 года профильное издание Worldfishing, специализирующееся на рыбной промышленности и аквакультуре, опубликовало расследование о том, почему судно компании Royal Greenland — Polar Amaroq — второй год подряд ставит рекорд по вылову скумбрии в Исландии. Оказалось, что причина в рыболовецких снастях, которые производит компания из России со странным для англоговорящих стран названием.

За 24 года до этого 33-летний мужчина постоянно мотался из Пионерского в администрацию Калининградской области. В те годы регистрацией фирм занимались областные чиновники. Придумав, как ему казалось, удачное название для своей фирмы, мужчина обращался в администрацию, там название сверяли с реестром. Оно оказывалось занятым, и неудачливый заявитель отправлялся думать дальше. Так было несколько раз, пока мужчина, наконец, не изобрел новое слово «фишеринг» (такого слова нет в английском языке).

Первую экспортную поставку в Канаду на литовское судно Федоров сделал уже в 1994 году.
В итоге компания «Фишеринг сервис» была зарегистрирована на имя Андрея Федорова и еще нескольких учредителей. Сегодня ее годовой оборот составляет порядка 600 млн руб., и она производит, вероятно, самый сложный продукт, который экспортируется из Калининградской области в «дальнее зарубежье».


На обломках империи

В начале 1990-х Федоров работал на Пионерской базе океанического рыболовного флота. Дела там шли плохо. С падением Советского Союза прекратили действие все межправительственные соглашения о вылове рыбы в Мировом океане. В Пионерской базе «на прикол» встали в шесть рядов у причала около сотни судов (за рубежом их могли арестовать за долги). Пришлось сокращать персонал: Федорова уволили. Он вышел на руководство базы с предложением организовать совместное предприятие: 51 % у базы, остальное — у ведущих специалистов. Начальство согласилось. Федоров арендовал цех орудий лова и нанял 100 человек персонала. База флота, входившая в число учредителей, позволила использовать запасы материалов со склада. Взамен требовалось лишь поставлять рыболовные снасти по низким ценам.

Первую экспортную поставку в Канаду на литовское судно Федоров сделал уже в 1994 году, еще до того, как были разработаны правила внешнеэкономической деятельности РФ. В 1995 году — стал поставщиком основных калининградских рыболовных компаний.


Подсели на синтетику

Во второй половине 1990-х российские рыболовы забили тревогу. Исландцы купили у литовцев три советских парохода, переоборудовали их и начали показывать результаты по вылову рыбы у берегов Мавритании (страна в Западной Африке) в разы лучше, чем русские. Если суда российских компаний ловили 1,5 тыс. тонн в месяц, то исландцы — 4–5 тыс. тонн.

Никто не мог понять, в чем дело. Тогда русские решили перекупить исландского капитана. Он рассказал им одну простую, но принципиальную вещь: дело не в кораблях, а в орудиях лова. Главы рыболовных компаний обратились к Федорову с просьбой подумать, как можно модернизировать снасти, и калининградский бизнесмен нашел решение.

Рыболовный трал представляет собой огромный мешок в форме воронки из канатов разной толщины, в который судно собирает рыбу. Его «воротник» может достигать более 200 метров в ширину и более 100 метров в высоту. Чем больше мешок, тем больше рыбы можно в него собрать за один проход. Проблема в том, что трал должен быть легким и создавать минимальное сопротивление в воде. В противном случае корабль не сможет его тянуть.

Чтобы обойти исландцев, нужно было увеличить «раскрытие» трала. Федоров решил поработать с материалами.

В Советском Союзе для строительства тралов использовались в основном канаты и сети из капроновых крученых шнуров. Именно по советским чертежам строил свои тралы Федоров. С 1949 в Париже действовал Координационный комитет для многостороннего контроля над экспортом в СССР и другие социалистические страны. Его задачей была реализация «контролируемого технологического отставания» стран социалистического блока, или, проще говоря, затруднение трансфера передовых западных технологий в Советский Союз. Одной из таких технологий был полиэтилен, который исландцы и другие западные страны давно начали использовать в производстве орудий лова. Это позволяло значительно снизить сопротивление воды и, соответственно, увеличить раскрытие.


В 1997 году Федоров написал во все торговые представительства западных стран с просьбой свести его с производителями полиэтилена. Ответили испанцы, португальцы и датчане. У датчан было слишком дорого, поэтому первую партию полиэтиленовой нити калининградский бизнесмен купил у компании семьи из Испании. В итоге ресурс «мешка» (последняя, самая узкая часть трала, где собирается рыба) вырос в 10 раз.

В итоге ресурс «мешка» вырос в 10 раз.
Если советского «мешка» хватало на 1,5 тыс. тонн рыбы, то сшитых Федоровым мешков из полиэтилена начало хватать на 15 тыс. тонн. Плюс уменьшилось сопротивление конструкции, и появилась возможность делать ее больше и длиннее. Заказчики были в восторге, а Федоров решил поставить инновации на поток и в 1999 году создал у себя на предприятии конструкторское бюро.

После падения курса рубля в декабре 2014 года «Фишеринг» впервые отказался от закупки полиэтилена за рубежом и переключился на российских поставщиков. Однако сейчас из-за укрепления курса рубля он опять переводит за рубеж заказы на сырье, которое составляет порядка 70 % в себестоимости продукции (в том числе в Швейцарию). При курсе евро 60 руб. российский полиэтилен оказывается дороже швейцарского. Альтернативой может служить только Белоруссия, которая сумела провести модернизацию своих производств.


Fine tuning

На основе разработок американского профессора животноводства и аутиста Темпл Грандин спроектирована половина действующих скотобоен в США. Ее идея состояла в том, чтобы маршрут скота на бойне был психологически комфортен для животного, и до момента финального выстрела оно не испытывало страха. Прекращение сопротивления животного экономило массу времени и средств.

Чем-то подобным у себя в «Фишеринг сервисе» занимался и Федоров. Особое удовольствие предпринимателю доставляет рассказ о теории шумовых полей, которую, по его словам, в строительстве тралов использует только он. Суть теории состоит в том, что сеть трала издает определенный шум. На больших глубинах в темноте звук является определяющим фактором поведения рыбы. Тралы калининградской компании создают больше шума «на входе», направляя скопление рыбы в «зону комфорта» — центр трала, откуда она уже не может «убежать».

Однако основным своим достижением Федоров считает не работу с теорией шумовых полей или ряд технологических усовершенствований (на данный момент у него три патента на изобретения и два — на полезную модель), а «файн тюнинг». То есть доведение продукта до состояния, когда его можно продать самому требовательному клиенту.

Таким клиентом на рынке орудий лова считается Исландия, где рыболовство является основой национальной экономики. Если на российских судах есть специальная должность тралмастера — человека, который чинит тралы, — то в Исландии ее нет. Там считается, что если трал требуется чинить в море, то это плохой трал и его покупать нельзя.

Свой первый трал Федоров продал исландцам десять лет назад в 2007 году и с тех пор продолжает делать регулярные отгрузки. На них приходится порядка 15 % экспортных поставок «Фишеринг сервиса» (80 % всех продаж компании уходят на экспорт).


На предприятии сегодня работает порядка 200 человек, на каждого из которых приходится свыше 50 тыс. долларов годовой выручки. Средняя зарплата производственного рабочего составляет 50 тыс. руб. При этом только четверть зарплаты люди получают в качестве гарантированного оклада — остальное выплачивается в виде премий.

«Это хороший, но единичный пример калининградской экспортоориентированной промышленности».
Так Федоров поддерживает уровень качества. «У исландцев есть принцип: новая вещь не должна портиться три года, чтобы к ней вообще не прикасаться. Шанс дается один раз. [Если отгрузил продукт низкого качества], второй раз они просто трубку не берут и не разговаривают. Но платят хорошо», — объясняет предприниматель.

Экс-министр промышленности Калининградской области и глава Фонда развития промышленности Дмитрий Чемакин считает, что «Фишеринг» — это хороший, но единичный пример калининградской экспортоориентированной промышленности.

«Сырье поступает без НДС и пошлины. С учетом экспорта у компании вообще нет НДС. С одной стороны, это пример, говорящий, что экспорту из области есть место на мировом рынке, с другой — что на его основе делать вывод о экспортной ориентации области нельзя. Заслуга полностью владельцев компании и уникальности льгот региона», — рассуждает Чемакин.



Мавританский кризис

Самый сильный удар с момента создания компании пришелся на 2012 год. Ее выручка рухнула почти с 290 до 170 млн руб. Власти Мавритании изменили правила рыболовства в исключительной экономической зоне страны. Иностранным судам разрешалось вести промысел только за пределами 20-мильной прибрежной зоны при условии, что не менее 60 % экипажа должны составлять мавританцы, а 2 % улова — безвозмездно передаваться мавританскому народу. Власти Евросоюза подписали с Мавританией соглашение о рыболовстве на данных условиях и обязались выплатить властям африканской страны за право вылова 70 млн евро.

Рыбаки возмущались, что ловить рыбу на таких условиях невозможно: в разрешенной зоне ее нет, там «пустая вода, а нарушать же границы было физически опасно. В результате в зоне Мавритании с середины сентября лов был прекращен, и рыбная отрасль погрузилась в кризис. «Фишеринг» потерял много клиентов.

С тех пор Федоров вплотную занялся диверсификацией поставок. Показатели выручки 2011 года ему удалось превзойти только в 2015-м. На сегодняшний день он продает тралы компаниям, оперирующим 100 судами под 20 флагами, и считает свой портфель заказов достаточно диверсифицированным.



Литовцы: ход конем

В ноябре 2016 года в «Фишеринг сервисе» получили письмо от конкурирующей компании из Литвы. Там говорилось, что калининградцы нарушают патентное право при производстве своих тралов и в случае отказа от сотрудничества могут подвергнуться санкциям. Андрей Федоров не может поверить своим глазам. Он конструирует свои тралы на основании советских разработок, на которые уже давно нет патентных ограничений, плюс собственные изобретения, но литовцы утверждают, что он использует их технологию. «Это как если вам пишут, что вы можете шить рубашку только с одним рукавом или вообще без рукавов», — объясняет владелец «Фишеринга». На вопрос корреспондента RUGRAD.EU о том, можно ли с литовцами как-нибудь договориться, Федоров, казалось бы, на полном серьезе кидает: «Снимайте рубашку!»

Как выяснилось, литовцы воспользовались несовершенством национального законодательства. Литва не делает патентного поиска, и заявитель регистрирует патент на свой страх и риск. Зарегистрировав корневой патент в Литве на 25 лет, следующим этапом они ввели защиту патента в России. Российские эксперты также «отличились» и провели проверку зарегистрированных разработок только с 1990-го года. При этом основные нововведения в разработке сетных частей тралов внедрялись с 1972 по 1982 годы.

На этом основании «Фишеринг сервис» добился отмены действия патента на территории России и теперь, чтобы не заниматься отменой национальных патентов в странах Евросоюза, намерен отменить литовский корневой патент.

Андрей Федоров говорит, что арестовывал иностранные суда за рубежом, которые ловили тралами, построенными по незаконно скопированной у него технологии, поэтому и с литовцами тоже справится.


Текст: Вадим Хлебников
Фото: Юлия Власова, предоставлено собеседником


(Голосов: 12, Рейтинг: 3.92)