RuGrad.eu

25 мая, 20:11
четверг
$56,27
-0,28
62,92
-0,70
15,00
-0,15
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:


Сергей Шерстюк
отзывы: 7
Под Балтийск закладывается очередная «мина» социальной направленности
Арсений Махлов
отзывы: 11
Мы не должны их потерять
Газета "Дворник"
отзывы: 0
Многоэтажки вместо парка
Дмитрий Сабирин
отзывы: 1
Новый медполис: как москвичи захватывают рынок медстрахования в регионе
Анна Пласичук
отзывы: 2
Попасть на остров. Любой ценой
Соломон Гинзбург
отзывы: 68
О бренде региона
Александр Адерихин
отзывы: 0
Космос наш
Мария Пустовая
отзывы: 1
Привычка к убогости
Сергей Козлов
отзывы: 8
Народ и кладовщики...
Василий Британ
отзывы: 2
"Хочешь быть "лошарой" - будь им!"
Никита Кузьмин
отзывы: 1
Потайной янтарь
Дулов Владимир
отзывы: 0
Госзакупки для СМП и СОНКО - легко! С чего начать - расскажу бесплатно.
Алла Войтова
отзывы: 19
Если люди решат меня "продать" - это будет их выбор.

pirobalt ( 844 ) + 1
Sherstyuk Sergey ( 24 ) + 1
RomanYhnovec ( 323 ) + 1
GazetaDvornik ( 86 ) + 1
sabirin ( 5 )
annargu ( 8 )
administrator ( 7 )
Alex_kld ( 52 )
dontausam ( 213 )
Ardeurs ( 80 )
Victor_Mars ( 173 )
SergeyKozlov ( 12 )
Avtor_Bloga ( 2 )
vladzaharchuk ( 1 )
ernest_mirov ( 23 )
Y_R ( 47 )
Victor.Koshelev ( 25 )
O.E. ( 80 )
nikkuz ( 5 )

Дорога в королевство

Дорога в королевство

Теперь постоянно опускаются туманы, а за эстакадным мостом есть черные псы. Так растет пропасть между сословием и сословием, между технократами, традиционалистами, либералами и другими людьми, как называют нацией. То есть приходит ''номос земли'', причем как при метеорите на Юкатан. Но что есть ''номос земли''? Это глобальный поворот от прежних традиционных моделей, многоликих благ и социальных моделей к реальной эре, которая охватывает страны Балтии. Как эра не то, что обьяснялось раньше, вчера, а что знаменовалось. В этой эре традиционализм перестаёт быть даже имиджевым уровнем и координатами, поэты не следуют традиции. И еще экономические разные стандарты исчезают, многое определяется как часть регионального конфликта. То есть ближе к странам Балтии приходит реальность, при которой любые группы оставляют всю прежнюю Европу. При ней оставляется прежняя эпоха, разный европейский и русский фольклор забывается, творится больше иллюзий. Иллюзии существуют, например, по знаменательным группам людей, каких-то броских общностей, о цвете процветания, о "судьбоносных решениях". Ближе к странам Балтии приходит эра, при которой иные в отдельности в том числе становятся ближе к броским верованиям. Но согласно им будет находиться коллосальный ледяной мост.
Странные реки с отсветом севера. Товарищи расстались с хозяином и за стеклами снова шёл дождь. В кабине они неслышно переговаривались. В ней было негромкое оживление. Сначала говорили о прошлогодней выручке, потом о продовольствии трактиров, о промысле рыбы и об охоте. Пронеслись пограничные столбы и сельские дома. Шум по крыше повозки от падающих капель понемногу стихал. Они выглянули и заметили, что снаружи уже ранний вечер. Мостовая была вся в трещинах, как кожа на ящере и высились вдали строения, напоминающие технические белые коробки. Повозка затормозила на повороте, засветились электронные буквы и стрелка спидометра внезапно замерла. Товарищи распахнули двери и пошли по сухой желтой траве. Было холодно, почти морозно. По обе стороны пролегали овраги и сначала вверху нависли черные кроны, а потом сменились равниной с колеей, где уже виднелись березы. Колея взбиралась на насыпи и по правую руку за черным железным частоколом уже лежало серебристое озеро. Всё проходит в беге дней и ночей, которые сливаются в однообразную белую дорогу, и жизнь становится ясной и неоспоримой, потому что у этих самых дней и ночей нет характера. Быть может он был у двоих приезжих путников, которые приближались среди голых деревьев, засунув руки в карманы. Земля, которая приютила людей и дала им в расставании разбрестись, где раньше паслись стада и молчали рощи, горели костры и пели петухи, была еще необретённой. Пока в тени деревьев не показалась странная фигура человека.

Аллеи в том городе не были похожи на себя, а неброские объявления, представлявшие собой растяжки на оградах, словно призывали принять участие в новом благоденствии с актерами, к которому бы скорее подошли коктейли. После объявления исчезали и сменялись новыми, где также слали привет лица в бабочках, и до этого обращавшиеся к ветренной городской публике оказывались урывками разметаны. Если прибывала какая-либо отличившаяся труппа, то она уже выглядела иначе: в белых рубашках и черных бабочках, с позолоченных саксофонов ее лились длинные мелодии, чьи отзвуки напоминали то ли забытые симфонии, то ли сонное воспоминание о юности. Ближе к ночи зажигались ровные желтые буквы банка, которые были вместе с тем с перекрещенными молотками, и по насыпи мост убегал именно к его зданию. Название банка доверительно светило, как бы напоминая, что среди неуступчивости и скрытого непокоя города не выловлен никто, ни единой житель на поверхность дивного просветления, с чьим мутным металлическим блеском встречаются за хмурыми жестковатыми обложками. Но еще ранее возвышалось здание гимназии, у которой была башня на перекрестии двух корпусов – она была из красного кирпича, а вход на двор сторожили две другие небольшие башни с тяжелыми каменными шарами вверху. Они были достаточно прямыми и служили как городское устье. Тогда в коридорах гимназии висели картины, представлявшие собой графику – они нарисованы женской рукой, и на них молчаливо застыли деревья с сумрачными листьями, а за деревьями тоже находились башни или окна с высокими белыми ставнями. За теми окнами явно не было ничего, кроме деревянных полов и простейшего оловянного зеркала, а, может, замысел рисовавшей не включал в себя ни комнат, ни романтических визитов. Именно в то лето из особняка выехали, как в неразборчивом бреду, девушка и человек, который носил бежевый клетчатый костюм: они заканчивали старшие классы. Мерные деревья на картинах носили листья, напоминающие большие полутемные штрихи, и телевизионные помехи, которые они наблюдали в особняке, были очень похожи. У них не было противостояния или диалогов, из которых с обстоятельствами истока бестактности выкатываются камни преткновения, а после из них высятся преграды, а, быть может, близость каникул выронила их к другому истоку, где были жесты благодарности и разные улыбки. Мимоходом тянулось лето, словно загляденье, и во временно отведенной им комнатах напротив дивана стояли статуэтки: кошка с длинной вытянутой шеей, гномы и еще другие фигуры с восточными мотивами. Одним вечером они в комнатах выключили телевизор и странная верность, немного поколебавшись, уступила нотам расставания. Не интересовавшись вопросами, которые выводились за пределами города, я не ожидал, что те, вобщем, случайные встречи заставят вступить в огненную реку, где отсветы особняка вечером сменится чередой событий, которые будут мчать скорее прочь от любого призвания. Те встречи были ранним прообразом союза, которому можно было бы снарядить гербовую эмблему с венками: примерно полусветская пара, которая теоретически должна привести вас в соприкосновение с картинами и галереями… Позже меня заинтересовали вопросы этой нивы, а тот ветренный союз как первоначальный шаг в области единства скрылся в незримом водовороте, и вырос мост. Тот мост, убегающий к банку, пронес меня с возможными ростками симпатий, с влечениями, создающими занятость, к зеленеющему краю города, где светское даже не отражалось в ярких и ровных желтых буквах вывески. И рядом с банком мне встретилась другая девушка, которая заметила, что её бывший муж владел полурестораном и выпивал самые разные спиртные напитки. Встреча происходила в саду, где вокруг ограждений беседки обвивалась сирень. И я рассказал ночью о потоке машин на запад от Шпандина и о сверхчеловеке. И вернее вдали загорались синие огни оставленности, и никто не знал, что раньше я был назначен к выбору космоса. Она сказала: "В церковь я ходила давно и всегда туда приходили подруги. Иногда по воскресеньям играла музыка". Тогда я не стал спрашивать, что это была за музыка. Довелось объяснить, что я посетил летний санаторий и рядом с ним были кристалльные пруды, распахивались двери отпуска и вбегали гости. И именно тогда ей показалось, что она не пришла в достоверный край свободы, который бы дальше длился.

18+

Дети! Отдельные страницы данного сайта могут содержать вредную (по мнению российских законодателей) для вас информацию. Возвращайтесь после 18 лет!