RuGrad.eu

27 февраля, 02:10
понедельник
$57,48
+ 0,00
60,45
+ 0,00
14,06
+ 0,00
Закрыть

Логин
Пароль
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:


Сергей Козлов
отзывы: 6
Народ и кладовщики...
Газета "Дворник"
отзывы: 14
Бабушка, а почему у тебя такие большие счета?
Василий Британ
отзывы: 2
"Хочешь быть "лошарой" - будь им!"
Сергей Шерстюк
отзывы: 83
Очередной прокол в региональной жилищной политике
Дмитрий Сабирин
отзывы: 1
От корюшки до финты: кто осуществляет рыбный промысел в регионе?
Арсений Махлов
отзывы: 2
Колесо Истории
Соломон Гинзбург
отзывы: 87
Политические вызовы года
Мария Пустовая
отзывы: 1
Почему результаты работы областного Минздрава похожи на топтание на месте?
Никита Кузьмин
отзывы: 0
Потайной янтарь
Дулов Владимир
отзывы: 0
Госзакупки для СМП и СОНКО - легко! С чего начать - расскажу бесплатно.
Алла Войтова
отзывы: 19
Если люди решат меня "продать" - это будет их выбор.
Анна Пласичук
отзывы: 8
Конец кондитерской фабрики

dontausam ( 210 )
SergeyKozlov ( 12 )
GazetaDvornik ( 79 )
Ardeurs ( 79 )
Avtor_Bloga ( 2 )
vladzaharchuk ( 1 )
pirobalt ( 839 )
ernest_mirov ( 23 )
Victor_Mars ( 171 )
sabirin ( 4 )
Y_R ( 47 )
RomanYhnovec ( 316 )
Victor.Koshelev ( 25 )
O.E. ( 80 )
nikkuz ( 5 )
Alex77 ( 10 )
nick1957 ( 187 )
Dulov ( 43 )

Человеческая комедия

  • Архив

    «   Февраль 2017   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3 4 5
    6 7 8 9 10 11 12
    13 14 15 16 17 18 19
    20 21 22 23 24 25 26
    27 28          

ФОТО ДНЯ: ДАР-АЛЬ-ФОНУН

Основанный в 1851 году, Дар-аль-Фонун стал первой в Иране политехнической школой. Школу основал Амир-Кабир, знаменитый визирь Насреддин-шаха Каджара, реформировавший Персию в духе времени. С первых лет здесь преподавали медицину, военное дело, инженерные науки и геологию. Именно на основе Дар-аль-Фонун позднее появилось главное высшее учебное заведение страны – Тегеранский университет.

Прежнее здание Дар-аль-Фонун на улице Насир-Хосроу, на юге Тегерана сохранено и превращено в музей. Сегодня он открыт для туристов.

http://sajjadi.livejournal.com/422577.html

ФОРМА РИМА И СОЦИАЛИЗМ

Исламский мир является четвертым, благодаря концепции правового общества, которая содержится в Кораническом Откровении и Сунне Пророка. Исламское право является продолжением монотеистической правовой традиции Авраама, которая уже две тысячи лет назад противостояла Римскому праву с одной стороны и племенному праву «варваров» — с другой. Таким образом, мы видим, что уже на заре письменной истории (начавшейся около 5 века до Рождества Христова) существовал тот же самый в основных чертах расклад противостояния, что и сегодня. Государственное — «левиафаническое» — язычество Рима (Pax Romana, имперский универсализм). Туземно-племенное язычество как некий человеческий субстрат, пережитки традиционалистской архаики, которые с точки зрения римского «открытого общества» были чистым варварством. Авраамическая традиция чистого монотеизма, опиравшаяся на цепь пророков, идущих от Исмаила и Исаака (сыновей Авраама) к Христу и Мухаммаду (А. С.). Отличие современности состоит в том, что к этим трем компонентам добавился еще один — мир социализма, представляющий собой синкретический феномен, в котором можно различить элементы трех других. Возможно, этой синкретичностью объясняется нестабильность «второго» мира, его возврат к трем изначальным перспективам. (Гейдар Джемаль)

ХАДИС СО СЛОВ АБУ ХУРАЙРЫ

Абу Хурайры, говорил, что пророк сказал: “Не принесёт обет сыну Адама ничего, кроме того, что Я предопределил ему, напротив, предопределённое Мною приводит его к (тому, ради чего он приносит обет), и таким путём Я заставляю скупого (тратить свои средства)».

Столкновение цивилизаций. Версии

Приходит незаметно новый номос земли, который уносит прочь от вех культуры и устанавливает нечто цельное. Но также выражает другие формы коллективного субъекта, с которыми смешивается народ Калининграда. Раньше было много сведений по поводу того, что вся Россия выбирает изоляцию и замкнутость. Скорее новый номос отдаляет от всего прежнего времени, от бывших мифологических единств. Но есть здесь такой момент, что случайно можно говорить о сочетании с ними внешними. Для такого пути нет цивилизационных параллелей и видимости иерархии. Эти параллели могут быть концептуализированы не по образу теоретического оформления - только если будет изменение любых сословий и представителей народа. В нем не будет связи с возможностью нового укрепления иерархии. Но в нем также не будет кодироваться будущее и прошлое, потому что они есть часть "ближнего", "бытия", "мира", а свободное и вечное есть наше море. Может быть, Адам был научен именам, чтобы открыть всё это. Играющий свет, это возвращение домой. Человек не химик или врач, это "Geschichte", вверенная судьба.

Могло показаться, что я объяснял про теологию. Но теологией называется вид сентенций про обоснование выраженных качеств религии, при ней идет речь о предопределении в зависимости от стремлений, о сочетании этих стремлений с ролью человека. У вечнозеленого дерева я встретил дочь Адама и объяснил про цивилизацию. Это не значит, что имело место обучение: например, когда упоминается плотник, который является зодчим и строит мост, говорится о стране, где числовая мера денег, их количественный эквивалент не нужны для повышения условий для миллионов людей на мировой окраине. Сентенция восходит к смыслу другому: что, например, при технологиях совсем другой цивилизации расцвет был гораздо большим. Но когда он был... Необходимо возвращаться, но не в административную вещь, а в другую. В векторно качественно иную. Необходимо установить, чтобы "доктрина общин" создала уже другой формат. К тому, чтобы эквивалент денег и их количественная мера не дали превратиться в мировую окраину. Но храм с фресками глобально отличает от Эр-Рамади, и возможно "новый собор" скорее взойдет над суннитской бездной.

По всей видимости, происходит великий уход от европейской культуры. Если точнее, от того, что связано с Веймаром, от европейской картины мира в ее близости к назначению. Идет мощный кризис в области, губернатор к слову: "контрактные переговоры относительно судьбы урожая". Вложение в тюрьму Тапиау: такие цели для нового дела. А ведь предполагалось совсем другое - одним из смыслов собор народный и церковь как символ спасения. Церковь не как отдельный приход, а как собор нового значения. Создано восемь мест областных министров. С 2007 года нормальные люди не могут найти стоящей работы, телевидение становится герметичным, закрытым. В свете неурядиц встает ряд вопросов: каким образом может действовать волеизъявление человека в Калининградской области? Очевидно, "общественная палата" не характеризуется согласно собственному названию. Русские остаются без рабочих мест: число их сокращается до неузнаваемости - найти нужную стезю, колею скорее становится выбором против безликой толпы. Наука и в частности медицина становятся несущественными. Поэтому нужно было создавать смысл для начала другой цивилизации: вместо капремонта интегрировать другую архитектуру, приводить космические технологии, модернизировать полностью университет на площади, поставить большой заслон на алкоголь. С приведением технологий для космоса, нужными программами можно было бы сам кризис изменить. Ведь около Алтая есть позиции работы в приоритете на орбитальную станцию. Также есть комплексные исследования. Но скорее проявляется уже другой кризис.

Адепты пустоты

О Джефферсоне рассказывалось, что по сюжету на пыльных дорогах показался колесящий торговец подержанной мебелью. В городе проживает человек в кепке, который собирал компьютеры и раньше обретался в университете. Однажды словно унеслись вечерние часы, как в даль снов, и за ним закрылись огромные стальные решетки. Историку был неизвестен джефферсоновский бег в ночи. Полоцкий семьянин, взявший прозвище поэта, однажды бросил на стол восемь исписанных тетрадей. Человек в кепке находился в заточении. После общественница заявила, что должны быть приглашены ученики новой школы будущего для нормативов на тепло. В забытых темных домах народ пил наливку. Уже дальше, как в неземном пламени, сквозь врата грез, показались призрачные лица, в белоснежных одеждах. Они должны были прийти, когда край снова обретет цветущие сады, через которые пройдут рыбаки и историк как в унесенных часах вступит на тропу, где виднеются певчие птицы.

Дороги Арнетт

Мне неизвестно совсем насчет тарифов ЖКХ. Выписал вчера некоторые лекарства. Тоже не представлял, что данная выписка станет нужной. В некотором смысле недавно состоялось возвращение домой. Человек, который ходил в моря, рассказал мне истории. И как ни странно достоверные. Достоверность их такова, что это ближе, скажем так, к "Дорогам Арнетт". "The Stand" Стивена Кинга. Весьма известный роман и в нем есть черты мистики. Она снова восходит, поскольку "дороги Арнетт" будут некогда. Ведь начало подобному известно с того, что мальчик упал с велосипеда в летний полдень. После философы, которые близки к искусству известному, стали говорить об империи, разных кастах, формах какого-либо ига. Все же теперь страна ближе к дорогам Арнетт и торговле бензином в широте. Ладно пока не строится атомная электростанция. У атомной электростанции был бы совсем другой потенциал. Однако есть милость, что нет для неё технологий. Есть ведь сведения, что некоторые авиалайнеры обрушили сами пилоты. Поэтому дороги Арнетт это будущее, в котором совсем другие губернаторы будут выкупать урановые стержни. Но а кто-то остается с задором, весел. Торговля бензином теперь один из способов и видов современного заработка. Утеря целей, значимого дела для огромного числа людей компенсируется примерно такой стезей. Поэтому пока, известно, рано говорить о приобщении технологий для космоса.

Небольшой рассказ, Свами Вивекананда

Однажды в поезде я ехал с побережья и все было полупустым, но после в кабине был машинист в красочном костюме. Монахи в черных рясах мелькали на дождливых улицах, когда зажигалась реклама. Но в поезде от побережья иногда виднелись дождливые поля, и как они ведь оказались поблизости.Впоследствии мне объяснили, что существует некий континентальный энергетический разлом, другое пространство, и многие ранние знакомые словно испарились без следа. Вскоре проезжали многие черные автомобили и их шлейф находился вне "вахдат-аль-вуджут", единства бытия или представленного в сурах. После некоторые спрашивали меня о подобном, и можно заметить, что данное было верным искажением потока очевидного состояния, ясности саттвы, алетейи. Мы до сих пор не можем найти объяснения прошлому, но может быть смущаемы логическими якобы причинами.

Но эти причины трудноопределимы. Свами Вивекананда объясняет пурушу как то, что происходит из природы и выражаясь в ней же одновременно. У пуруши могут быть два определения, мифологическое, "тело", которое было в начале космогонического цикла, или как духовную субстанцию, выраженную в общем и разных частных аспектах. Природа произрастает, чтобы наработать опыт пуруши. Поскольку пуруша словно не сохранила в памяти прежнее, божественное, чистое естество или субстанцию. Но Вивекананда объясняет также, что пуруша одна из частей вселенной, а 24 формы природы не выражены и не антропоморфические. Вивекананда излагает это в "Афоризмах Патанджали". Так вот вернее всего в экстерриториальной области, в энерго-трансформационном разломе названные части искажены будто в водовороте, и как следствие природа не формулируется в опыте.

Согласно определенности юга, летом прибыл на золотистое поле и сидящий на огромном древе начал задавать такие вопросы. "Кто спит не смежая век? Кто друг недужного? Кто всегдашний спутник человека? Что длится за весьма широким?" "Рыба спит, не смежая век. Друг недужного - лекарь. Супруга является спутником человека. Земля - величайшее поле". И рядом с тем древом еще прозвучало такое, что отсылает к Ойкумене.

Существует примета, что юг не географическая сторона. Каково бы ни было движение, восхождение в новом Индии, Свами Вивекананда будет говорить, а вернее направлять эволюцию, йогу, в отличие от профанаций западных теорий разумного формата. Вскоре я не пришел к натуральной точности, окружность которой близка явлениям и символам. Они не слитны отдельно или количеством в окружности, коллизия субъекта не была интригой, искомые не двойные, красочность природы не в расстояниях. В зное смирно пронеслись темные ванны, пронеслись вагоны по двум дорогам, мимо оград с плющом, белых окон. Их ход словно прилег в фон, похожий на растрату. За столом у яблонь вдали не возникла весть о Хастинапуре. И можно было повернуться, с сомнением встретиться с далеким искрящимся морем. Но где-то глубоко в недрах прибалтики скрыта мафия. С равнодушием отнес их в сумрак явно Джибриль: дуновением или словом. Означает это, что разные горожане вступают в первый еще отблеск смуты. И другой альтернативой, которая не дает ей вовсе тепла, есть революция пророков. Что это значит? Это есть формула. Она связана с тем, что уже в Мосуле собирается больше пятидесяти тысяч. Это явление. Теперь пути и лица завихряются вокруг той страны. И там нет ни одного храма… То есть те кто там, в той стране не являются левыми или социалистами, христианами или артистами. Иное храм, колокольный звон, симфония, новый ветер.

Порт - как выяснилось замерзающий... Зимний и снежный. Глобальный вектор связан с тем, что Калининград меняет сам глобализм на основе измененного времени, которое эволюционирует перспективу-2025. И более дальнюю. И связано все это с конвенциональным движением цивилизации и возвращением технологий для космоса.

Ханаан и будущее

Есть какой-то фонд, какие-то журналисты ловят какие-то словечки, какие-то по Калининграду цифры мигрируют, какие-то ученые про ценности говорят и сбегают тенью мимо немецких домов. А я ни к одному фонду не отношусь, обьяснил про модерн, как была совсем не социальная, экономически стандартизированная, схематичная иллюзия и зависимость типичного обывателя. Все проблемы Калининграда и области связаны с тем, что они слишком огромны, а прогресса нет, ведь в модерне Германии была музыка и цветущие поля, и не существовало магазинов с дурацкой курицей в упаковке. Кто был в этом однажды, никогда не станет плыть к ''прогрессу'', потому что он вроде для Города, а может и не для совместного города. Такого, который становится не площадкой упований на нехватку электричества, а мотивом всего необходимого для названного как Ханаан. Не совсем известно, что представлял собой Ханаан. Но есть "sinister travelling companion" - зловещий путешествующий компаньон. В Калининграде число в проценте к населению, является во многом числом психопатов. Не гопников. Насчет торговли можно сказать, что торгуют и на золоте, и на серебре. Мы, калининградцы, путешествовали по Европе, есть и оттуда книги о современном искусстве. В Калининграде еще торгуют продуктами с химикатами, на рынке торгуют телефонами и есть ломбарды по "другой заботе". Это и есть ложные социальные и управленческие модели для города. В историко-художественном музее встреча - без ясности. "Представления" о Космопорте - тоже симптомы искривленных забот. Плохо то, что новые поколения приходят в город, где им не принадлежит ничего. А то, что характеризовалось временем модерна для Германии было совсем другой геометрией. Калининграду не нужны волны митингов, а львиная доля митингующих доминируют только в толчее отчуждения. Нужно то, что определяется словом "дин" - а это предполагает собрание. Без заклинаний, а для того, чтобы триада благочестия, возможностей и прошлого сплелась бы с модерном Германии. Но при этом должна быть особенность церкви, но не как одной часовни. Но это так - Ханаан... Другой вопрос, что это за Таунсенд? Давно благословенный "белый город". То есть из Ирака никто никуда не уходил.

Новая страница

Когда-то это был город-сад, город фонтанов, нивы и зеленые луга. Время Кёнигсберга, модерна исчезло для Оттокара и Гогенштауфена и для священной римской империи.Надо же, 1000 лет ведь прошло. Германия иногда называлась Allemagne, земля всех людей, повсюду простирались зеленые леса. И Гогенштауфен переплыл реку в Италию, когда Констанца встретила на дороге странствующих рыцарей. С тех пор леса изменились, Германия стала намного меньше, а письма перестали писать магической латынью. Надо же, столько времени прошло. Кенигсберг становится городом тоски, туманов, невидимых странников с озера Нижнее, которые стали искателями...

Нуменор

Нуменор Эленна-норэ (Elenna-nóre), Вестернесс (англ. Westernesse) — в легендариуме Дж. Р. Р. Толкина огромный остров (или континент), расположенный в море Белегаэр к западу от Средиземья, крупнейшее государство людей Арды. Однако прекращение служения жителей Нуменора Эру Илуватару и бунт против Валар привели к падению (затоплению) острова и гибели большей части его населения.
Легенда о Нуменоре была создана, вероятно, в конце 1920-х — начале 1930-х годов. Одним из источников вдохновения послужил ночной кошмар, преследовавший Толкина ещё с раннего детства и который он позже назовёт своим «синдромом Атлантиды»: «огромная волна вздымается к небу и неотвратимо надвигается, накрывая собой деревья и зеленые поля, стремясь поглотить его и все, что вокруг».

Автор хотел показать Нуменор как аллюзию на легендарную Атлантиду. Неоконченное сказание «Алдарион и Эрендис» происходит в Нуменоре во время его расцвета, а «Акаллабет» кратко излагает историю существования и падения Нуменора. Все прочие труды Толкина, касающиеся Нуменора, являются либо краткими заметками, либо неоконченными черновиками, к примеру, приложения к «Властелину колец» и несколько историй, опубликованных в «Неоконченных сказаниях» и серии «История Средиземья». Изначально задуманная как часть рассказа о путешествии во времени, история падения Нуменора некоторое время рассматривалась Толкином как заключение «Сильмариллиона» и «последняя история» о Древних днях. Однако позже, с появлением «Властелина колец», эта история стала выступать связующим звеном между двумя произведениями и стала одной из главнейших частей легендариума Толкина.
Название острова позаимствовано из квенья, языка Высоких эльфов, сконструированного Толкином.
Нуменорцы использовали квенья в торжественных церемониях и для наименования географических объектов. Буквально, Нуменор (кв. Numenor), или, в более полной форме, Нуменорэ (кв. Numenore) означает «Западная земля» и «Западный народ». Оба этих названия часто переводились автором как «Вестернесс», «Западения» (англ. Westernesse). Это название встречается в среднеанглийском рыцарском романе «Король Горн» (англ. King Horn) и применяется там для обозначения неизведанной западной земли, куда добраться можно только морем. Также заявляется, что после разрушения Нуменор обычно называли «Аталантэ» (кв. Atalantë), «Падшая».

Среди названий на квенья также примечательны Андор, или «Подаренная страна» (что указывает на то, что Нуменор был подарен людям Владыками Запада), Мар-ну-Фалмар, или «Дом под волнами» (название, использовавшееся после падения Нуменора) и Эленна, «Направленная к звездам» (название, данное, поскольку люди изначально плыли к Нуменору, следуя за звездой Эарендила, и, кроме этого, сам остров имел форму пятиконечной звезды).
Название «Эленна» также было записано Толкином как «Эленна-норэ» (кв. Elenna-nóre), что обозначает «Звездная страна» или «Звездонаправленная страна».

Толкин также приводит несколько названий острова на адунайском языке, употреблявшемся самими нуменорцами: Анадунэ (Anadune) — перевод слова «Нуменор», Йозаян (Yozayan) — соответствует «Андор» и Акаллабет (Akallabêth) — перевод «Аталантэ». В других произведениях Толкина эльфийский король Гил-Галад называет Нуменор «Островом Королей», а живущие в Средиземье друэдайн упоминают о нём, как о «Великом острове».

(Википедия)

Мория и Казад-Дума

Казад-дум был построен очень давно Дурином, старейшим из Семи Отцов Гномов. Дурин пробудился в горе Гундабад и последовал на юг, в Долину Черноречья. Там он заглянул в Зеркальное и увидел корону из семи звёзд (созвездие). В пещерах поблизости он основал собственное королевство которое разрослось. Казад-дум был расположена под тремя горами Багровым Рогом, Серебряным Пиком и Облачной Вершиной в туманных горах.

С востока располагалась Долина Черноречья, где было озеро Зеркальное. На западе находился Эрегион. Восточный вход в Казад-дум назывался Вратами Черноречья. За огромными вратами находились древнейшие залы и туннели. В Первом Зале были окна, выходящие на восточную сторону Туманных Гор и служащие для освещения. Широкая дорога вела из Первого Зала вниз, к просторной лестнице на Первую Глубину - уровень, находившийся ниже Долины Черноречья примерно на четверть мили. У подножья лестницы находился Мост Казад-дума перекинутый через глубокую бездну. Этот мост был построен для защиты от врагов, которые могли войти во Врата Черноречья из захватить Первый Зал.
На другом стороне моста находился Второй Зал с колоннами поддерживающими свод чертога. За этим залом и находился огромный город гномов, с кучей лестниц, проходов, залов и комнат. Для освещения гномы использовали кристальные лампы, там где не было окон.На третьей глубине Казад-дума находилась оружейная. Еще ниже таились сокровища гномов: золото, серебро, опалы, металлы, митрил, которые они добывали в своих шахтах.

Башня Дурина высеченная из скалы, с лестницей из тысячи ступеней, ведущей к ней, находилась на вершине Серебряного Пика. Гномы называли ее Зирак-зигиль.
С запада Казад-дума находились Западные Ворота сдаланые мастером Нарви. Они были покрыты эльфийской гравировкой из итильдина, которую сделал Келебримбор. В верхней части Врат находилась надпись: "Врата Дурина, Лорда Мориа. Скажи "други" и войди. Я, Нарви, сделал их. Келебримбор из Эрегиона начертал эти знаки". Под этой надписью были изображены семь звезд над короной, молот и наковальня, еще ниже - два дерева. В центре Врат находилась Звезда Дома Феанора. Изнутри врата могли быть открыты лёгким толчком, но снаружи их можно было открыть только произнеся пароль "мэллон", что означало "друг".
Дурин был долгожителем и правил своим народом многие годы. Он умер до конца Первой Эпохи, и был похоронен в Казад-думе. Его потомки продолжали править, и Казад-дум процветал многие века. Залы были наполнены светом и музыкой, Гномы богатели. В недрах Казад-дума они нашли единственную в Средиземье жилу митриля. Они ковали оружие и создавали множество прекрасных вещей. Гномы торговали с людьми своими творениями и навыками в обмен на еду.
Во Второй Эпохе Казад-дум достиг вершины процветания. В 40 году многие Гномы пришли в Кхазад-дум из Синих Гор, после того как их города Ногрод и Белегост были уничтожены Морготом во время Войны Гнева в конце Первой Эпохи. Эти Гномы принесли с собой новые умения и таланты. Сила Казад-дума возросла. Эльфы основали государство Эрегион у западных склонов Туманных Гор в 750 году Второй Эпохи. Они наладили активную торговлю с Гномами. Обе расы жили в дружбе, и особенно ярким примером стали Гном Нарви и Эльф Келебримбор. Вместе они создали Врата Дурина, которые почти всегда были открыты и охранялись только немногочисленными стражами, ибо в этих землях царил мир.

В 1200 году Второй Эпохи Саурон в прекрасном обличье пришёл в Эрегион. От него Эльфы узнали множество тайн. Примерно в 1500 году они начали делать Кольца Власти. Семь из них были созданы для Гномов. Первое из Колец получил Король Дурин III от эльфийских кузнецов. Саурон создал Единое Кольцо, чтобы управлять остальными. Келебримбор узнал о планах Саурона. Он спрятал Три Эльфийских Кольца, которые были созданы им самим без помощи Саурона. Саурон пришёл в ярость и объявил Эльфам войну. В 1697 Эрегион был уничтожен, а Келебримбор убит. Саурон захватил Девять Колец Людей и оставшиеся шесть Колец Гномов.

Дурин III послал на помощь Эльфам войско Гномов Кхазад-дума, но они были вынуждены отступить. Гномы закрыли Врата Дурина, и войско Саурона не смогло сломать их и проникнуть в Кхазад-дум. Саурон возненавидел Гномов, и его Орки преследовали Гномов везде, где встречали эти два народа. Орки поселились в других частях Туманных Гор, а также в Серых Горах. Связь между Гномами Кхазад-дума и Гномами других поселений, таких как Железные Холмы, стала затруднена.
Во время Войны Последнего Союза в конце Второй Эпохи некоторые из Гномов Кхазад-дума сражались вместе с Людьми и Эльфами против сил Саурона. В этой войне Саурон был повержен, а Единое Кольцо утеряно.
Саурон втайне вернулся в 1100 году Третьей Эпохи. С 1300 года злые твари вновь начали множиться. Орки атаковали Гномов в Туманных Горах, но Кхазад-дум оставался неприступным. Гномы сохранили свои силы, но их число начало сокращаться. В поисках митриля они начали копать более глубокие шахты. Во время поисков митриля в 1980 году Гномы обнаружили в глубинах Кхазад-дума ужасное создание Балрога - демона огня и тени, слугу Моргота в Первую Эпоху. Он сбежал после Войны Гнева и спрятался в основаниях Багрового Рога. Король Дурин VI был убит Балрогом, а на следующий год погиб и его сын - Король Наин I. Гномы Кхазад-дума бежали и расселились по всему Средиземью.
Кхазад-дум стал известен как Мориа, Чёрная Бездна, и лишь немногие осмеливались подходить к его воротам. В 2480 Саурон послал Орков,Троллей и других злых созданий, чтобы они заселили Мориа.

Король Трор, потомок Дурина, пришёл к Вратам Черноречья вместе с Гномом Наром в 2790. Он устал от скитаний и бедности, и мечтал вернуть силу и славу Кхазад-дума. Он вошёл во Врата Черноречья один и был убит вождём Орков Азогом. Азог отрезал Трору голову и вырезал на ней своё имя. Он выбросил тело Трора через Врата Черноречья и сказал Нару, чтобы тот предупредил свой народ, что их ждёт такая же судьба, если они пожелают вернуться в Казад-дум.
Гномы пришли в ярость и сын Трора Траин начал собирать армию, чтобы пойти войной на Орков Туманных Гор в 2793. В 2799 они пришли в Долину Черноречья сражались перед воротами Кхазад-дума. Это сражение получило название Битва за Азанулбизар. Азог был убит Даином Железная Пята, и Гномы победили, хотя и понесли большие потери. Но Даин заглянул во Врата Черноречья и увидел, что Проклятье Дурина, Балрог, всё ещё обитает там. Он посоветовал Траину пока не пытаться восстановить Казад-дум, сказав: "Мир должен измениться и какая-нибудь другая сила должна прийти прежде, чем Народ Дурина вновь вернётся в Мориа".

В 2989 году Балин возглавил поход в Морию. В число его спутников входили многие Гномы Одинокой Горы: Флои, Фрара, Лони, Нали, Оина и Ори. Когда они прибыли в Долину Черноречья, то обнаружили Орков, охраняющих Восточные Врата. Флои был убит в сражении с ними, но Гномы победили и обосновались в Двадцать Первом Зале. Ори начал вести летопись колонии, названную Книгой Мазарбул.
Балин установил свой трон в Чертоге Мазарбул и принял звание Лорда Мориа. Гномы обнаружили митриль, но их колония просуществовала всего пять лет. 10 ноября 2994 года Балин спустился в Долину Черноречья, чтобы посмотреть в Зеркальное, и был убит Орком. Его похоронили в Чертоге Мазарбул.
Многие Орки пришли к Восточным Вратам. Гномы забаррикадировали восточный вход, но Орки прорвались внутрь и захватили Мост Казад-дума и Второй Зал. Фрар, Лони и Нали были убиты там. У Западных Врат разлив Сираннона образовал озеро, мешающее Гномам бежать. В озере обитало существо, названное Глубинным Стражем. Глубинный Страж убил Оина. Гномы были окружены и убиты. Мориа снова вернулась во власть Орков.
13 января 3019 Братство Кольца прибыло к Западным Вратам. Гэндальф разгадал пароль к Вратам Дурина. Но в этот момент Фродо Бэггинс - Хранитель Кольца - был атакован Глубинным Стражем. Братство бежало в Мориа, а Врата Дурина были заблокированы за ними. Голлум был недалеко от Западных Врат, когда Братство вошло внутрь. Он вошёл в Мориа в августе через Восточные Врата, надеясь дойти до Шира. Он дошёл до Врат Дурина, но подумал, что они закрыты. Голлум пытался найти дорогу назад к Восточным Вратам, но не смог. Когда Братство начало свой путь к Восточным Вратам, Голлум последовал за ними.

Когда Братство достигло перекрёстка, Гэндальф не смог решить, куда идти дальше. Он, как и Арагорн, ранее бывал в Мориа, но проходил её с востока на запад. Братство решило остановиться в комнате стражи на ночь. Пиппин Тук бросил камень в колодец в комнате стражи, и в ответ раздались удары молотов глубоко внизу. Следующим утром, 14 января, Гэндальф предложил идти правым путём, уходящим вверх. Через восемь часов Братство пришло в Двадцать Первый Зал, где было решено заночевать. 15 января они обнаружили Чертог Мазарбул и могилу Балина. Гэндальф прочитал несколько страниц из Книги Мазарбул, из которых они узнали о трагической судьбе колонии Балина.

Братство услышало барабаны. Они поняли, что попали в ловушку. Они закрыли западную дверь. Пещерный Тролль смог приоткрыть дверь и просунул внутрь ногу, но Фродо ударил его мечом. Некоторые Орки смогли прорваться в открытую дверь, и в Чертоге завязалась битва. Фродо получил удар копьём от главаря Орков, но выжил, благодаря митрильной кольчуге. Сэм Гэмджи был ранен, но смог убить одного из Орков. Остальные члены Братства убили тринадцать Орков. Оставшиеся бежали.

Братство покинул Чертог через восточную дверь. Гэндальф попытался закрыть дверь с помощью заклятья, но почувствовал противостояющую силу. В магической борьбе двери и стены Чертога Мазарбул были разрушены, а могила Балина засыпана обломками. Гэндальф повёл Братство вниз, ко Второму Залу. Они бежали к Мосту Кхазад-дума, преследуемые ужасным существом, в котором Леголас узнал Балрога. Все члены Братства перешли на другую сторону бездны, но Гэндальф остался на мосту. Он сломал меч Балрога с помощью Гламдринга. Арагорн и Боромир бросились к нему на помощь, однако Гэндальф сломал мост с помощью посоха, и вместе с Балрогом упал в бездну. Арагорн вывел Братство в Первый Зал и затем - в Долину Черноречья. Во время падения Гэндальф был обожжён огнём Балрога. Они упали в подземное озеро, и огонь Балрога потух. Их сражение продолжалось глубоко под землёй. Балрог бежал по Бесконечной Лестнице, Гэндальф последовал за ним. 23 января между ними началась Битва на Пике, длившаяся три дня. В ходе сражения Башня Дурина была разрушена, а вход на Бесконечную Лестницу заблокирован. В итоге Гэндальф победил Балрога, и тот упал с вершины.

Гэндальф погрузился во тьму вне мысли и времени, но Эру вернул его назад в Средиземье как Гэндальфа Белого, чтобы он смог завершить свою миссию. Гэндальф очнулся на вершине 14 февраля. Он находился там до 17 февраля, пока Гвайхир Лорд Ветров не унёс его в Лотлориэн.

(Dreamer)

Рынок

Недавно ходил на рынок. Многие уехали из Калининграда, сначала на рынке подошел какой-то старик с серебряной бородой. После уже народ узнал, что в одном сюжете священник выходил из церкви, прикрывшись Псалтырем как на гравюре дьявола. И вообще все началось с приезда поезда в Джефферсон. На рынке можно много что купить - помидоры, морковь, инжир.

Дорога в королевство

Теперь постоянно опускаются туманы, а за эстакадным мостом есть черные псы. Так растет пропасть между сословием и сословием, между технократами, традиционалистами, либералами и другими людьми, как называют нацией. То есть приходит ''номос земли'', причем как при метеорите на Юкатан. Но что есть ''номос земли''? Это глобальный поворот от прежних традиционных моделей, многоликих благ и социальных моделей к реальной эре, которая охватывает страны Балтии. Как эра не то, что обьяснялось раньше, вчера, а что знаменовалось. В этой эре традиционализм перестаёт быть даже имиджевым уровнем и координатами, поэты не следуют традиции. И еще экономические разные стандарты исчезают, многое определяется как часть регионального конфликта. То есть ближе к странам Балтии приходит реальность, при которой любые группы оставляют всю прежнюю Европу. При ней оставляется прежняя эпоха, разный европейский и русский фольклор забывается, творится больше иллюзий. Иллюзии существуют, например, по знаменательным группам людей, каких-то броских общностей, о цвете процветания, о "судьбоносных решениях". Ближе к странам Балтии приходит эра, при которой иные в отдельности в том числе становятся ближе к броским верованиям. Но согласно им будет находиться коллосальный ледяной мост.
Странные реки с отсветом севера. Товарищи расстались с хозяином и за стеклами снова шёл дождь. В кабине они неслышно переговаривались. В ней было негромкое оживление. Сначала говорили о прошлогодней выручке, потом о продовольствии трактиров, о промысле рыбы и об охоте. Пронеслись пограничные столбы и сельские дома. Шум по крыше повозки от падающих капель понемногу стихал. Они выглянули и заметили, что снаружи уже ранний вечер. Мостовая была вся в трещинах, как кожа на ящере и высились вдали строения, напоминающие технические белые коробки. Повозка затормозила на повороте, засветились электронные буквы и стрелка спидометра внезапно замерла. Товарищи распахнули двери и пошли по сухой желтой траве. Было холодно, почти морозно. По обе стороны пролегали овраги и сначала вверху нависли черные кроны, а потом сменились равниной с колеей, где уже виднелись березы. Колея взбиралась на насыпи и по правую руку за черным железным частоколом уже лежало серебристое озеро. Всё проходит в беге дней и ночей, которые сливаются в однообразную белую дорогу, и жизнь становится ясной и неоспоримой, потому что у этих самых дней и ночей нет характера. Быть может он был у двоих приезжих путников, которые приближались среди голых деревьев, засунув руки в карманы. Земля, которая приютила людей и дала им в расставании разбрестись, где раньше паслись стада и молчали рощи, горели костры и пели петухи, была еще необретённой. Пока в тени деревьев не показалась странная фигура человека.

Аллеи в том городе не были похожи на себя, а неброские объявления, представлявшие собой растяжки на оградах, словно призывали принять участие в новом благоденствии с актерами, к которому бы скорее подошли коктейли. После объявления исчезали и сменялись новыми, где также слали привет лица в бабочках, и до этого обращавшиеся к ветренной городской публике оказывались урывками разметаны. Если прибывала какая-либо отличившаяся труппа, то она уже выглядела иначе: в белых рубашках и черных бабочках, с позолоченных саксофонов ее лились длинные мелодии, чьи отзвуки напоминали то ли забытые симфонии, то ли сонное воспоминание о юности. Ближе к ночи зажигались ровные желтые буквы банка, которые были вместе с тем с перекрещенными молотками, и по насыпи мост убегал именно к его зданию. Название банка доверительно светило, как бы напоминая, что среди неуступчивости и скрытого непокоя города не выловлен никто, ни единой житель на поверхность дивного просветления, с чьим мутным металлическим блеском встречаются за хмурыми жестковатыми обложками. Но еще ранее возвышалось здание гимназии, у которой была башня на перекрестии двух корпусов – она была из красного кирпича, а вход на двор сторожили две другие небольшие башни с тяжелыми каменными шарами вверху. Они были достаточно прямыми и служили как городское устье. Тогда в коридорах гимназии висели картины, представлявшие собой графику – они нарисованы женской рукой, и на них молчаливо застыли деревья с сумрачными листьями, а за деревьями тоже находились башни или окна с высокими белыми ставнями. За теми окнами явно не было ничего, кроме деревянных полов и простейшего оловянного зеркала, а, может, замысел рисовавшей не включал в себя ни комнат, ни романтических визитов. Именно в то лето из особняка выехали, как в неразборчивом бреду, девушка и человек, который носил бежевый клетчатый костюм: они заканчивали старшие классы. Мерные деревья на картинах носили листья, напоминающие большие полутемные штрихи, и телевизионные помехи, которые они наблюдали в особняке, были очень похожи. У них не было противостояния или диалогов, из которых с обстоятельствами истока бестактности выкатываются камни преткновения, а после из них высятся преграды, а, быть может, близость каникул выронила их к другому истоку, где были жесты благодарности и разные улыбки. Мимоходом тянулось лето, словно загляденье, и во временно отведенной им комнатах напротив дивана стояли статуэтки: кошка с длинной вытянутой шеей, гномы и еще другие фигуры с восточными мотивами. Одним вечером они в комнатах выключили телевизор и странная верность, немного поколебавшись, уступила нотам расставания. Не интересовавшись вопросами, которые выводились за пределами города, я не ожидал, что те, вобщем, случайные встречи заставят вступить в огненную реку, где отсветы особняка вечером сменится чередой событий, которые будут мчать скорее прочь от любого призвания. Те встречи были ранним прообразом союза, которому можно было бы снарядить гербовую эмблему с венками: примерно полусветская пара, которая теоретически должна привести вас в соприкосновение с картинами и галереями… Позже меня заинтересовали вопросы этой нивы, а тот ветренный союз как первоначальный шаг в области единства скрылся в незримом водовороте, и вырос мост. Тот мост, убегающий к банку, пронес меня с возможными ростками симпатий, с влечениями, создающими занятость, к зеленеющему краю города, где светское даже не отражалось в ярких и ровных желтых буквах вывески. И рядом с банком мне встретилась другая девушка, которая заметила, что её бывший муж владел полурестораном и выпивал самые разные спиртные напитки. Встреча происходила в саду, где вокруг ограждений беседки обвивалась сирень. И я рассказал ночью о потоке машин на запад от Шпандина и о сверхчеловеке. И вернее вдали загорались синие огни оставленности, и никто не знал, что раньше я был назначен к выбору космоса. Она сказала: "В церковь я ходила давно и всегда туда приходили подруги. Иногда по воскресеньям играла музыка". Тогда я не стал спрашивать, что это была за музыка. Довелось объяснить, что я посетил летний санаторий и рядом с ним были кристалльные пруды, распахивались двери отпуска и вбегали гости. И именно тогда ей показалось, что она не пришла в достоверный край свободы, который бы дальше длился.

Град

Глобальная мафия не роль и даже не фактор, а реальная особенность Балтики. Сильно проявляется с 2007 года и пошатнулись основы многих национальных преимуществ и балтики как отдельной области. В Храме, который является осеняющей обителью, есть фрески великие и роспись. Таким образом, храм относится к некогда бывшей христианско-российской цивилизации и также относится к представлению Иисуса. Представление это мистическое и характеризует канонические заповеди. Но помимо этого лучезарное световое представление Иисуса в храме находится уже в другой конвенции, когда он дает завет своим ученикам и сыновьям на роль защиты обителей, града и небесного престола.

Новости

"Президент России Владимир Путин прибыл в Ярославль. Там он вместе с исполняющим обязанности губернатора Дмитрием Мироновым посетил Ярославский моторный завод, где налажен выпуск многоцелевых двигателей для грузовиков, автобусов и другой техники. Президент прошёл по цехам предприятия, пообщался с рабочими, передает канал "Россия 24" .

Во время разговора речь зашла о современных технологиях. Один из вопросов касался космодрома Восточный. Отвечая на него, глава государства подчеркнул, что Россия должна иметь свой космодром, именно гражданский, национальный. "Восточный предполагается к использованию для изучения дальнего космоса", — отметил президент.


По его словам, из России в Вашингтон можно долететь за 20 минут, а космический корабль из космоса сможет сделать это за рекордные 15-16 минут. "Но для этого нужна соответствующая техника", — сказал Владимир Путин. При этом он подчеркнул, что работа с Казахстаном на Байконуре будет продолжена. Зашла речь и о санкциях. Владимир Путин уверен, если производить качественный продукт, ему не страшны никакие ограничительные меры. По словам президента, ограничения придумывают не гиганты мысли и не большие интеллектуалы.

"Полной идиотией они тоже не страдают, поэтому если вы будете производить высокотехнологичный и конкурентноспособный продукт для мирового рынка, то никакие ограничения никому не помогут", — пояснил он".

(ВЕСТИ.РУ)

Европейская линия, море

Гейдар Джемаль утверждает, что империализм, колониализм и националистические диктатуры - это периферийные силы, отражающие Великое Существо. Они не соответствуют нисколько адамическому наследию, поскольку оно есть свойство, дух, причина меры, из которой разворачивается любой европейский сюжет. Но насколько тот возможный европейский сюжет приблизился ближе к странам балтии, или наоборот отдалился. Возникнет ли великий морской путь в Швецию? Возможно, что так будет. Уже сейчас поставка в Калининград лососевых рыб в магазины - с того самого моря. Те лососевые рыбы многие хотели бы к столу, но торговля пока весьма мала.

Основание

"Отмечают книгу «Вклады в дело философии. От события» (1936-1938-й написана, 1989-й издана), которая, как говорят, отмечает ПОВОРОТ. Откуда и куда? Тут мнения расходятся.

На русском языке непосредственно об этой книге два текста: Бибихин и, гм, Сафрански. Сафрански — биограф, в 18 главе «Германского мастера» он говорит, что поворот у Хайдеггера был от хорошей философии «Бытия и времени» к странным медитативным завываниям перемешанным с манией величия «Вкладов». А почему он так говорит? А потому что «Вклады» вообще малопонятны, изобилуют рефренами, и заявлена в них цель не аналитическая, а какая-то практическая: перейти к другому способу мышления. Кроме того, как рукопись, писавшаяся в стол, а не для издания, «Вклады» содержат множество просто неразборчивых мест, оборванных предложений, или даже списков ключевых слов.

А еще там про богов и Последнего Бога. И про войну между Землей и Миром. И про настроение сдержанности и растерянности перед тайной бытия. И про тех, которые грядут, и тех, кто лишен будущего, потому что они вечные. Ну и все такое в этом духе, так что местами напоминает Волшебника из Земноморья, и ждешь, когда уже будет про драконов".

Картины Храма

В Храме есть фрески великие и роспись. Эти ли картины живописи для знатоков разных? Эта роспись идет не один день, а сейчас основной зал закрыт. Причем этого никто не знал. Так существует цивилизация, и как же позорно устраивать разные торги, причем по высоким ценам. К этому и восходит смысл слова Гейдара Джемаля, что нет реального капитала, через который бы произошла реализация благосостояния миллионов людей, живущих на мировой окраине.
Но фрески - это диковенные картины, которые сотворяют храм, а он на Балтике. И это совершенно другое, близкое к Абсолюту, если сравнивать с Мосулом в Ираке или с Рамади. А ведь говорили, что в Рамади - это и пляж, и волны. Чем больше приходит лжесвидетельств, тем больше безумия. А храм находится как обитель на Балтике и оживляет цивилизацию. Но эта цивилизация столь далека от бывшей индийской, столь несовершенна, что было бы верно следующее: трансформировать ее в определенное русло. Тогда у всех выпивох стаканы зазвенят, а корабли-сухогрузы упадут на дно морей.

Туманы

Теперь постоянно опускаются туманы, а за эстакадным мостом есть черные псы. Так растет пропасть между сословием и сословием, между технократами, традиционалистами, либералами и другими людьми, как называют нацией. То есть приходит ''номос земли'', причем как при метеорите на Юкатан. Туда придут формулы Гейдара Джемаля, возможно. Но что есть ''номос земли''?
Это глобальный поворот от прежних традиционных моделей, многоликих благ и социальных моделей к реальной эре, которая охватывает страны Балтии. Как эра не то, что обьяснялось раньше, вчера, а что знаменовалось. В этой эре традиционализм перестаёт быть даже имиджевым уровнем и координатами, поэты не следуют традиции. И еще экономические разные стандарты исчезают, многое определяется как часть регионального конфликта. То есть ближе к странам Балтии приходит реальность, при которой любые группы оставляют всю прежнюю Европу. При ней оставляется прежняя эпоха, разный европейский и русский фольклор забывается, творится больше иллюзий. Иллюзии существуют, например, по знаменательным группам людей, каких-то броских общностей, о цвете процветания, о "судьбоносных решениях". Ближе к странам Балтии приходит эра, при которой иные в отдельности в том числе становятся ближе к скандинавским верованиям. Но согласно им будет находиться коллосальный ледяной мост.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... 7 След.

18+

Дети! Отдельные страницы данного сайта могут содержать вредную (по мнению российских законодателей) для вас информацию. Возвращайтесь после 18 лет!