«Прибалтийский мир» VS «новая искренность»

29 Мая 2017
] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>"; ] = "=$arItem["BIG_PICTURE"]["SRC"]?>";

В эту субботу в городе состоялись два концерта, которые можно назвать альтернативными путями развития калининградского шоу-бизнеса. На «Вагонке» выступали Brainstorm — команда из обоймы проверенных артистов «самого западного клуба страны», которых можно без опаски привозить каждый год, чтобы закрыть финансовые дыры, образовавшиеся после смелых экспериментов. Второй концерт — в клубе Yalta: там выступала набирающая популярность певица Луна, которую уже успели окрестить главной надеждой русскоязычной поп-музыки на всем пространстве СНГ. Если бы концерт Луны оказался кассовым, а Brainstorm вышли бы в тираж и провалились, то, наверное, это как-то сказалось бы на решениях промоутерских команд города. Афиша RUGRAD.EU побывала на обоих выступлениях и попыталась выяснить, какое будущее ждет местный концертный рынок.

Поколение тридцатилетних



Количество зрителей в большом зале «Вагонки» в этот вечер стремится к аншлагу: в клубе душно. Публику совсем не беспокоит, что концерт начинается спустя полтора часа после официально заявленного начала. Вокруг теплый субботний вечер, и для большинства гораздо комфортней позднее начало концерта, нежели выступление началось бы вовремя.

Средний возраст посетителей концерта составляет примерно 30 лет. В основном это поклонники группы, преданные ей еще с начала двухтысячных (тогда Brainstorm завоевали широкую известность, выступив на конкурсе «Евровидение» с композицией My star и выпустив один из главных своих хитов Maybe). Поколение нынешних тридцатилетних слегка разбавляют юные девушки и взрослые мужчины, но их не то, что бы много.

Так называемые ВИП-зоны клуба в этот вечер забиты. Среди почетных гостей бизнесмен Владимир Кацман, глава города Александр Ярошук (пару недель назад успевший отметиться на концерте «Грибов») и Марина Друтман. Впрочем, кажется, что главной звездой всего города в этот вечер является директор клуба Андрей Левченко собственной персоной. Когда он представляет группу со сцены, то особо не скрывает, что у него день рождения и группу он привез в качестве подарка самому себе (ну и всему городу заодно). «С днем рождения, Андрей!» — не менее 10 раз за вечер произносит со сцены фронтмен прибалтов Ренарс Кауперс.

История популярности Brainstorm выстраивалась по привычной схеме: у латвийской рок-группы предостаточно русскоязычного материала. «Наше Радио», которое в начале «нулевых» еще казалось прогрессивной радиостанцией, помогло им с раскруткой для русскоязычной аудитории. Было время, когда песни латышей добирались до верхних строчек тогдашней «Чартовой дюжины».

В основном программа калининградского концерта состоит из русскоязычного материала. Публика по традиции особо пылко реагирует на раскрученные «Иномарки» (после дуэта с «Би-2» прибалтийская группа, собственно, и прописалась на отечественном рынке), «Ты не один» (песня для сайд-проекта «Нечетный воин» всё тех же Шуры и Левы) и кавера группы «Альянс» «На заре» (в студийной версии эта песня существует как дуэт с Евгением Гришковцом, но в этот раз обходится без его длинных монологов).

Среди англоязычных треков очевидный фаворит — всё та же Maybe. Однако любовь местной публики к латвийской команде всегда выходила за грани существующего мейнстрима. В зале прекрасно знают и куда менее известные треки в духе «Snow Falls in Reverse» и «Kitten Who Didn't Want to Give Up». Сюрпризом для многих стало исполнение в оригинале трека «Моя любовница». Песня приписывается команде The Uchpochmack. Но поют ее Земфира и Дэвид Браун из Brazzaville. И это, наверное, тот редкий случай, когда можно сказать, что получилось не хуже, чем в оригинале.

Публика прямо на концерте и в социальных сетях активно обсуждает, в какой раз они уже на концерте Brainstorm. Популярная в России латвийская группа действительно освоила все возможные форматы: в былые годы они собирали чуть ли не полный зал комплекса «Сити Парк», играли на площади Победы в день эстафеты Олимпийского огня, в прошлом году выступали на «Янтарном пляже», а на «Вагонке» вообще прописались в качестве постоянных гостей. Тут, конечно, можно говорить о некоем прибалтийском единении: сам Кауперс неоднократно говорит со сцены об особом отношении к Калининграду (впрочем, наверняка для публики в других российских городах у него находятся свои «особенные слова»). «Мы не были тут пару лет. Лаб вакар!» — говорит Кауперс с нарочитым прибалтийским акцентом.

Brainstorm относится к числу тех групп, которых промоутеры могут без всякого страха привозить раз в год. В городе уже анонсирован традиционный осенний концерт «Би-2», с такой же частотой на афишах пестрят Lumen, «Пикник» и другие группы формата «Нашего Радио».

Самим командам при этом вовсе необязательно заботиться о новой программе. Чтобы достичь гарантированного успеха достаточно переставить хорошо проверенные хиты в новом порядке и добавить пару «фишек». «Фишка» Brainstorm — это общение со зрителями. Люди пишут группе записки, которых накапливается очень много (и тут, конечно, вообще непонятно, зачем люди тащат с собой на концерт письменные принадлежности?). Другой «фишкой» стало исполнение «Ветра» и «Чаек» в рамках опробованного акустического сета L-BrainStormo — действо было названо карибской музыкой, а Кауперс взял маракасы. К слову, «Ветер» потом уже для верности повторили уже в классическом звучании.



Кауперс в свои 42 года пытается казаться на сцене чуть ли не подростком, и у него, надо сказать, это отлично получается. Женская часть аудитории (к слову, их гораздо больше), по понятным причинам, неравнодушна к этим кошачьим ужимкам, танцам и прыжкам фронтмена. Ему дарят цветы — приличные по размеру букеты желтых и белых роз (почти как Стасу Михайлову). Примерно через год Brainstorm, скорее всего, снова приедут в Калининград: к 2018 году группа анонсировала не частый для нее в последние годы новый материал.



Молодость с блестками на щеках

14 мая в Калининграде выступала группа «Грибы» — команда, которая в каком-то смысле перевернула представления о том, как должен быть устроен отечественный шоу-бизнес и как в нем должны распределяться доходы. Записав альбом с песнями, строчки из которых как-то сами собой въедаются намертво в память, группа отправилась в тур, зарядив себе, по слухам, такой гонорар, что могла дать фору проверенным артистам. Про выступление Луны, конечно, надо писать через запятую после «Грибов». Во-первых, вся эта новомодная русскоязычная музыка — выходцы с Украины, почти что из недр одного и того же продюсерского агентства.



Во-вторых, что в случае с Луной, что с «Грибами», промоутеры шли на определенный риск: в Калининграде артисты никогда не были, популярными они стали совсем недавно. А интернет и модный «глянец» — это все-таки не самые точные инструменты для того, чтобы просчитать потенциальную аудиторию.

В-третьих, Луна и «Грибы» — это проекты, не совсем привычные для канонического российского шоу-бизнеса. Слишком много разного рода постмодернистских подмигиваний (хотя в новой русскоязычной волне никогда не разберешься до конца, где ирония, а где артист пытается говорить на полном серьезе). В творчестве Кристины Бардаш (так на самом деле зовут певицу) достаточно аллюзий на русскую поп-музыку начала 90-х, но ни у кого и никогда не поднимется рука поставить знак равенства между ней и, скажем, группой «Руки Вверх» (или любых других пациентов лайн-апов музыкальных ретросолянок). Ее тягучие, меланхоличные и даже мрачные песни слишком сильно контрастируют с духом безудержного угара и порой откровенным дурновкусием, которые царили в музыкальной культуре последнего десятилетия прошлого века. Лучшее определение для стиля Луны дала она сама, придумав название для своего последнего мини-альбома, — «Грустный дэнс».

Зал клуба Yalta заполнен в майский вечер примерно наполовину. Если учитывать, что адекватная для этой концертной площадки цифра — это человек 800, значит, на танцполе в этот день примерно 400. Луна собирает именно ту аудиторию, которую и должна, — поколение, которому подписка на YouTube-каналы полностью заменила телевизор. Это поколение в большинстве своем совершенно не похоже на тех людей, которые делают кассу традиционных концертов «Вагонки». Здесь в порядке вещей, если на девушке хрупкого вида бомбер кремового цвета и спортивные штаны (непременно с тремя полосками). На щеках у девушек светятся золотым узоры из блесток. Наверное, мамы этих девушек делали со своим лицом что-то подобное, когда ходили на концерты ранней Валерии, Лики Стар или даже Евы Польны. Только поколение родителей делало всё всерьез, а у детей вновь ироничное подмигивание. Встречаются и странные татуировки, где розы переплетаются с ножами, колючими проволоками и капающими слезами. Пока взрослые в Госдуме спорят о том, можно ли ловить в храмах покемонов и что же все-таки должно входить в «пакет Яровой», дети всерьез исследуют границы допустимой свободы. Хотя бы в плане внешнего вида (впрочем, на этом и заканчивают).

Кажется, тут каждый жест — это такой миниатюрный манифест в духе: «Смотрите, мы не поколение «Вагонки»», мы — другие. Вы в начале 90-х в самом западном клубе страны впадали в истерику, когда кто-то просил поставить русский поп. А спустя каких-то 30–35 лет нашими кумирами стали те, кто поет песни, от которых вас тошнило».

Для артистов этой странной музыкальной волны никогда не считалось зазорным выступать под аккомпанемент «минусовки» с лэптопа. Но у Луны живой состав: гитарист, благодаря которому в аранжировках появляются мелодические линии, напоминающие о нью-вейве 80-х (а-ля «Альянс»); бас-гитарист, который в завершении концерта возьмет один раз в руки флейту; клавишник в черных очках, будто слепой, и барабанщик. У самой Луны на лице какая-то совершенно неземная, блаженная гримаса, полностью оправдывающая ее космический псевдоним. На ней короткие черные шорты и темное прозрачное платье-вуаль.

«В городе модников я такая пьяная, я такая странная», — поет она загадочным томным голосом. К ее микрофону кто-то уже успел привязать розу. После первой же песни кто-то пробьется сквозь толпу к сцене с букетом цветов. Девушки в первом ряду закатывают глаза от восторга. Эти танцы больше похожи на галлюциногенный транс, чем на привычную дискотеку. Молодой человек в белой рубашке, заправленной в брюки, который выглядит скорее как пришелец, залетевший в 2017 год из клуба «Ольштын» образца эдак года 2004, хрипло кричит Луне, что она «лучшая» и «умница». «Как мужской бас круто наваливает!» — в притворном удивлении восклицает со сцены певица.

«Платье лучшее надену, чтоб понравиться тебе», — продолжает она доводить до экстаза толпу, и так готовую на всё. За тот час с небольшим, который она продержится на сцене (доделанных песен у нее пока хватает примерно на такой временной отрезок), на концерте будет всё: крики, вопли, бросания на перила лестниц, девушки на плечах у молодых людей и даже невесть откуда взявшиеся зажигалки на медленной песне «Мальчик, ты снег» в полутемном зале клуба Yalta (хотя все давно уже обходятся смартфонами).

Концерт Луны — это история одновременно и о разнице поколений, и о том, как они похожи. С одной стороны, сложно сейчас представить себе подобные шаманские танцы с закатыванием глаз на концерте любого из сегодняшних традиционных «вагонковских» артистов: просто не поймут, будут коситься или даже из зала выведут. С другой — вряд ли это принципиально отличается от того, как поколение родителей проводило свой досуг на выступлении той же Валерии или на концертах артистов из этой же обоймы. Да и текстовая составляющая новой русской поп-музыки (которую принято называть «нестыдной») не далеко ушла от того времени, когда признаваться в любви к русской попсе значило расписаться в собственной интеллектуальной несостоятельности. В конце концов, поп-культура — это точно не про экзистенциальную глубину и поэзию (так было 20 лет назад и так будет 20 лет спустя). «Он с тобой не гуляет, он с тобой не спит», — такого уровня владения языком Луне вполне хватает, чтобы быть кумиром девочек, у которых в качестве культурного бэкграунда и увлечение каким-нибудь Ларсом фон Триером, и цитаты из «Тошноты» Жан-Поля Сартра в качестве статуса на страничке «ВКонтакте».



Единственный вопрос и к Луне, и ко всей волне новых артистов — это количество публики, которые они могут собрать в провинции. 400–500 человек (против привычных 800–1000 на «Вагонке») — все-таки не совсем та цифра, на которую, наверное, хотели бы рассчитывать промоутеры, соглашаясь платить гонорар артисту, чьи интервью в последнее время появлялись чуть ли не во всех наиболее авторитетных музыкальных изданиях. Вывод напрашивается один: объективная реальность крайне далека от того, как ее описывают в пабликах «ВКонтакте», а просмотры на YouTube пока монетизируются плохо и со скрипом. И реальность, как от нее не прячься, когда-нибудь постучится в двери и к этим 18-летним. Пусть даже ввиде почтальона, который принес повестку из военкомата после проваленного экзамена в ВУЗ. 


Текст: Никита Кузьмин, Алексей Щеголев
Фото: Юлия Власова, Елена Тишина



Комментарии